В мире вампиров разваливается жизнь после выбора Хадсона. Грейс должна вернуться в Мир Теней, чтобы найти способ исцелить Мекая, скрывая от него свои тайны. Между ними нарастает напряжение, когда раскрываются не до конца понятные события прошлого.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сокровище»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В мире вампиров разваливается жизнь после выбора Хадсона. Грейс должна вернуться в Мир Теней, чтобы найти способ исцелить Мекая, скрывая от него свои тайны. Между ними нарастает напряжение, когда раскрываются не до конца понятные события прошлого.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Трейси Вульф Легкое чтение Любовные романы Фэнтези подборки серии
В мире вампиров разваливается жизнь после выбора Хадсона. Грейс должна вернуться в Мир Теней, чтобы найти способ исцелить Мекая, скрывая от него свои тайны. Между ними нарастает напряжение, когда раскрываются не до конца понятные события прошлого.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я понимаю, что это жизнь, что дерьмо случается в мире каждый день, я особенно хорошо усвоила это после последних двенадцати часов, когда на меня обрушилось столько всего.
Столько всего плохого. Столько всего хорошего. Столько всего… столько всего.
Мне казалось, что я контролирую себя и смотрю на эту работу трезво, но теперь, когда я закрываю глаза, все эти образы мелькают, мелькают передо мной снова и снова.
Это тяжело. Возможно, даже слишком тяжело.
Похоже, все остальные справляются с этим – даже Хезер после небольшого отдыха, – но все остальные не являются горгульями.
Всю жизнь мои родители говорили мне, что во мне слишком много эмпатии, что мне надо научиться отпускать некоторые вещи, оставлять их в прошлом. Но у меня это никогда не получалось – даже до того, как я узнала, что я горгулья. Я знаю, что некоторые люди умеют встряхиваться и жить дальше, когда случается что-то плохое, и я их не сужу. В конце концов, большей их части это нужно просто для того, чтобы выжить.
Но сама я не могу этого сделать. Горгулья во мне хочет исправить каждую несправедливость, желает защитить всех тех, кто не может защитить себя сам.
Это невыполнимо – а если бы я смогла добиться того, чего хочу, это бы нарушило баланс в мире. Я понимаю это, правда понимаю. Но не могу притвориться, будто я этого не жажду, особенно после того, как я столько часов просидела в этом зале, записывая столько всего плохого – и не записывая еще больше.
Это определенно одна из самых трудных вещей, которые мне когда-либо доводилось делать.
Несмотря на теплый воздух, проникающий в открытую балконную дверь, мне очень зябко, я промерзла до костей и прижимаюсь к Хадсону. Он погружен в полудрему, но, должно быть, ощущает мою дрожь, потому что поворачивается и обнимает меня, так что моя голова ложится на его бицепс, а сама я наполовину оказываюсь на его груди.
Под моим ухом его сердце бьется медленно и ровно, его грудь вздымается и опускается в мерном гипнотическом ритме, который в конце концов унимает мой ужас и мою боль и наконец-то – наконец-то – дает мне возможность уснуть.
Правда, ненадолго. Потому что в скором времени сквозь сон я вдруг осознаю, что что-то не так. Я не понимаю, что это – для этого я слишком сонная, – но что-то определенно не так.
Я медленно сажусь, потирая глаза и стараясь прогнать сонливость, и оглядываюсь по сторонам. Что же не так?
Комната тускло освещена, небо за балконом все еще темное. На моем телефоне нет новых сообщений – ни текстовых, ни голосовых. Хадсон рядом со мной мирно спит. В конце концов я опять ложусь, твердо решив уснуть снова. И тут Хадсон вдруг вскрикивает и дергается.
Затем еще раз. И еще. И еще.
Судя по тому, как он дергается и дрожит, это не просто кошмар, не абы какой кошмар, а кошмар всех кошмаров.
