— Могли бы и целый амулет выдать, вон мы им какую драгоценность привезли!
Я вздрогнула. Драгоценность — так они меня называют? Как бездушную вещь.
Взглянула в сторону — неподалёку покачивался на волнах добротный, но потрёпанный корабль. Почему-то от него повеяло такой жутью, что я вся сжалась. Или дело всё-таки в ветре? Отвернулась. Лучше уж я буду смотреть на воду — вдруг оттуда появится Карвел? Хотя, с каждой минутой надежда таяла.
— Странно, что они лично нас не встречают, — с этим замечанием Коннарта я не могла не согласиться.
Всё же мы не торговцы какие.
— У них какой-то экстренный случай, король и главный маг сильно заняты. Сказали, что нас ждёт занимательный сюрприз, — Раттард явно был заинтригован.
Мне же было не до этого. Какой сюрприз, когда ты, кажется, окончательно завязла в этой ужасной ситуации? Ни одна ценность мира не способна купить меня, не способна заставить полюбить того, кто не дрогнув, убил собственных детей, что бы они ни натворили. Тот же Коннарт при всех его недостатках попросту закрыл Вирртана в тюрьме, да и то на время. А ведь мы поставили под угрозу великое имя королевского рода, честь всей Моривии.
Как по мне, чушь всё это, но кто меня будет слушать?
Слёзы текли из глаз, холодили кожу, но я не обращала на них внимания. Сейчас или никогда! Но ответа не было. Только шум волн, крик чаек и недовольное сопение старшего брата за спиной.
Может, всё-таки попробовать броситься в воду? Вдруг получится? Драх, как же страшно. Очень не хочется умирать. Одно дело думать об этом, а другое — сделать, к тому же с контролирующим обручем на голове.
Преодолевая магические установки и собственный страх, я попыталась сдвинуть ногу. Получилось, правда, в висок тут же стрельнула короткая, но пронзительная боль. Еле вдохнула после неё. Выдохнула. Ещё немного движения, мысли нарочито спокойные, мол, я просто хочу размять ногу. И вторую тоже, да.
— Не стоит этого делать, — на плечо опустилась тяжёлая рука мага. — Я, конечно, могу полностью парализовать тебя, но, согласись, это будет выглядеть не очень красиво в глазах твоего будущего супруга.
— Держи себя достойно своей фамилии, — добавил Коннарт.
— Мама с папой никогда бы так со мной не поступили, — срывающимся голосом проговорила я. — Они любили друг друга и нам того же желали. Почему ты такой? Как так вышло, что ты вырос бездушным?
Стоило мне произнести последние слова, как горло словно кольцом сковало.
— Думаю, молчаливая невеста лучше, чем говорящая что попало, — заметил Раттард.
— На обряде она должна будет сказать «да», — возразил ему Коннарт.
Мне показалось, или в его взгляде мелькнуло нечто далёкое от равнодушия?
— Вот я и дам ей произнести это слово, — хмыкнул маг.