Приоткрыв потайную дверцу, он повторил:
– Я помню и уже иду!
Затем нехотя выполз из убежища и, задернув маленькую занавесочку, прикрыл за собою дверку.
Быть может, кому-то это и показалось бы странным, но свое убежище команданте Нагель расположил именно под раковиной. Смонтированные панели искусственных окон позволяли создать иллюзию башни-убежища на большой высоте, а журчание канализационных систем, напротив, придавало ощущение уюта и душевного равновесия Кому как, а Нагелю такое сочетание вполне подходило.
С трудом распрямив затекшие члены, команданте поднялся и, посмотревшись в зеркало, покинул туалетную комнату.
– Ну вот, теперь я полностью готов, – со значением произнес он, обращая слова к Хлое Фарватер – О да, мой команданте! – воскликнула та и, развернувшись, словно буровой снаряд, пошла вперед, раздвигая пространство своей мышечной массой.
Оказавшись в приемной, Нагель встретился с вопросительным взглядом второй телохранительницы Анни Скорцезе.
– В чем дело, Анни? – поинтересовался он.
– Там за дверью – технолог Банкок.
– Он жалуется, что уже несколько дней не может попасть к вам на прием.
– Вот мерзавец! Я назначал ему много раз, но он не являлся… Ну да ладно, – махнул рукой Нагель. – Учитывая специфику его труда, можно пойти ему навстречу… Пусть составит нам компанию и поприсутствует на заседании бюджетной комиссии.
Анни согласно кивнула и распахнула дверь в коридор, тотчас к ее ногам рухнул технолог Банкок.
Он упал тяжело, как подбитый выстрелом фазан, и Нагель невольно проникся жалостью к этому человеку.
– Поднимите его, – сказал он, и Анни энегичным рывком вернула Банкока в первоначальное положение.
– Дело в следующем, – тут же заговорил технолог. – Огромный прорыв, сэр… Новые технологии с опорой на методы математического анализа. Далее– тезисы, доклад на сорок три минуты, по окончании вопросы из зала… Банкет, доставка гостей по домам. По-моему, недурно, а?
– О чем это он? – спросил Нагель.
– От него луком пахнет, – доложила Скорцезе.
– Тогда берите его под руки и тащите за мной. Надеюсь, в зале он придет в себя окончательно.
Публика в комиссии подобралась очень достойная. Едва команданте увидел эти лица, он сразу подумал: «Сволочи», однако вслух поздоровался с «дорогими камрадами» и, усевшись во главе стола, начал изучать проекты, требовавшие первоочередного финансирования.
Вскоре первый докладчик взял слово и начал с фактами на руках отстаивать проекты своих хозяев.
