О чём книга «Соловьи»
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.

Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Соловьи» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ты мне скажи, Алена Сергеевна, — спрашивала она, — мир-то, мир-то есть?
— Как же нет-то? — отвечала ей с улыбкой в душе Елена Сергеевна. — Есть, конечно. Но там наверху дышать, Дарьюшка, нечем, воздуха нет.
— Это не важно, — отвечала Дарья. — Нет, так будет. Какой душе воздух нужен? А мир-то, значит, есть?
— А как же, есть, есть, Дарьюшка.
— Космонавт, значит, наш его видел?
— Видел, видел, Дарьюшка, но темно там очень.
— Это не важно, что темно, когда надо — свет будет. А лететь-то, значит, там есть куда?
— Есть, есть, Дарьюшка, только без корабля нельзя.
— Корабль будет, это не важно. Важно было бы, куда лететь. А то, может, как на нашей земле, и идти-то некуда. Может, уже все занято?
— Нет, Дарьюшка, там места достаточно.
— То-то, это и хорошо, когда есть там, куда лететь. Я как опустилась, так мне сразу анделочки разные стали казаться. И все летят высоко, далеко. Так бы и сама за ними полетела.
— Ну, вот насчет анделочков-то я и не знаю, — отвечала Елена Сергеевна. — На это у меня и знатья́ нет.
— А туто знатья́ не надо, все ясно. Я летала, а ты нет. Ты и не знаешь потому. Ну иди, голуба, я спать буду. Раз космонавт-то наш говорит — как его, Юрий или как? — что есть, куда лететь, значит, есть, куда душам-то нашим убираться. Я летала, а ты нет, ты и не знаешь, голуба. Только бы вот сподобил бог пожить еще. А там уж ясно, дорога какая и куды. Космонавты были там, они знают. Ты мне не перечь ту-точка, я не дурная какая. Я, может быть, тайком об этом всю жизнь думала. Ну иди, иди, голуба, поспи и сама. А то с нами, с дурами, и ты летать начнешь. Ништо́, голуба, это у меня свои, медвешкинские бабьи думки. У нас и мужики во сне анделочков видят. Пра! Это по-старинному у нас всегда, как кому предстоит скоро преставиться. Ну иди, я додумывать буду.
Однажды Елена Сергеевна спросила Павла Матвеича:
— А скажите мне, как вы понимаете коммунизм?
Павел Матвеич отвечал:
— Как он устроится, как он сложится в деталях, это сказать трудно, дорогая Елена Сергеевна. В общих же чертах получается так: полный достаток во всем, все сознательно трудятся, достаточно всем благ, отдыха, культуры, физического и умственного развития. Вот общие черты, потребительские черты коммунизма.
— Все это так, — заметила Елена Сергеевна, — именно это потребительские черты.