О чём книга «Соловьи»
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.

Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Соловьи» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тревожные соловьи преследуют Павла Матвеича в окрестностях Воронежа. В разгар весны странное явление усиливается, вызывая внутреннее смятение у героя. Неизвестная связь между природой и личными переживаниями намечает интригу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А вот думаете как — космонавтика и религия совместимы?"
"И она рассказала о своем разговоре с Дарьей Тягущёвой, о ее заботе о жизненном пространстве для души, об «анделочках» и, главное, о том, что полеты в космос наших космонавтов принесли ей не силу, расковывающую старый, закоснелый разум, а подтверждение того, что тверди над нами нет и, значит, душе ее после смерти есть куда отправляться.
— Вот смотрите, — закончила она свой рассказ, — как эта женщина переосмыслила достижения науки и человеческого разума для себя, женщина, еще не вылезавшая из тысячелетних понятий о загробной жизни. Ее беспокоило больше всего, что над нами «твердь». А раз «твердь», так куда же душечке ее лететь? Так я вас вот почему спросила о коммунизме. Я убеждена, что он давно должен в основе своей быть в нашей психике. Мы мало как-то над этим работали. Потому у нас о нем и потребительские понятия. А получилось у нас это оттого, что мы одно время слишком мало думали о человеке и слишком долго сдерживали его. А сдерживать его совсем не надо, также и опекать, бояться. Он многое сам давно мог бы сделать, чтобы быть абсолютно свободным и счастливым в жизни своей. И первое, что он сделал бы, — знаете? Он перестроил бы, как мне думается, Медвешкино наново, без затяжки и для того, ну, чтобы хоть с анделочками покончить. Дожидаться того, когда дойдет до этого очередь, не значит ли, что это равносильно лишать Дарью разумной свободы?
— Что значит — перестроить Медвешкино наново? — спросил Павел Матвеич.
— А это значит поместить Дарью в городскую квартиру, научить ее жить в ней, дать ей возможность бывать в клубе и участвовать в диспутах, это, наконец, значит, что мы еще о Дарье не думали.
— Возможно, возможно, — охотно согласился Павел Матвеич для того, чтобы не лезть в дебри нерешенных вопросов, как он подумал о высказанном Еленой Сергеевной, хоть ему хотелось и возразить, сказав, что для этого прежде всего нужен доход, а он зависит от повышения урожайности полей. Он хотел сказать, что вон Шаров хлопочет по возможности сселить медвешкинцев на новые сельбища, на одном из них водопровод заложил, клуб ставит, но денег у совхоза покуда мало и на все это уйдет много времени. А денег у совхоза еще и оттого мало, что хозяйство даже прибылями своими распорядиться не может потому, что их приходится все сдавать в банк, а потом просить на свои нужды.