Автор
В комнате царит напряженная атмосфера, как в тет-а-тете с дядюшкой Фредди из анекдотов: зеркало мутное от брызг, ручейки воды посыпаются на пол, и выставлено все как на ладони. Но Настя придумала спасение - просто выключить лампочку в ночниковой, и мама мужа явится без шнуровки, улыбаясь....
О сливочном лучше умолчу, оно смерть! От него так разнесет, что в трамвай не влезешь, в дверях застрянешь. А я и так слишком жирная.
– Да ты почти скелет, – хихикнула Рита. – Какой размер носишь?
– Тридцать четвертый, если по европейской мерке, – на сей раз честно ответила я, – но мечтаю о тридцать втором. Прямо бешусь, когда весы на пятьдесят граммов больше показывают.
– Во дает! – хмыкнул Леонид, черпая ложкой икру из круглой миски. – Да ты тощее грабель.
Я постаралась убедительно изобразить волнение.
– Нет! Я жирная.
– Дорожные весы? – поразилась Нинель. – Дорогая, это какая-то мания постоянно следить за фигурой. Что слишком, то плохо.
– Наверное, соседка украла, – бубнила я, игнорируя замечание Рогачевой, – она вороватой выглядела. Это ей здесь место! Я же приличный человек.
– Что же ты жрешь? – неожиданно заинтересовался Владимир.
– Мясо! – алчно заявила я. – Манную кашу.
– Здесь будешь питаться по предписанной мной диете, – хмыкнул Борис. – И как тебе рокфор?
– Гадость, – простонала я, – прямо ощущаю, как плесень по организму расползается.
– Еще ты не очень охотно контактируешь с домашними животными, – прищурился хозяин.
– Фу-у! – скривилась я. – Они грязные, у собак глисты, кошки болеют лишаем… Надеюсь, здесь нет четвероногих.
– У тебя хватит времени на изучение тех, кто обитает на ферме.
Рита подняла руку.
– Можно вопрос?
– Только один! – строго предупредил Борис.
– Вы сказали, что подопечных семеро, а нас шесть, – прошептала брюнетка. – Это потому, что Надежда умерла? Если б она покаялась, то осталась бы в группе?
– Двадцать очков в плюс! – заявил Эпохов.
Толстушка принялась благодарить профессора.
– Спасибо за вашу доброту. Здесь мне хорошо. Очень рада, что сюда попала.
– Почему вы Риту наградили? – заныла Нинель. – Не подумайте, что я недовольна вашим решением, я, Нинель Павловна Рогачева, целиком и полностью поддерживаю и одобряю политику…
В моей голове моментально вспыхнули слова: «…целиком и полностью поддерживаю и одобряю политику Коммунистической партии Советского Союза и лично генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева».
