Думаю, мы вернемся к этому вопросу после того, как ныне царствующая чета пройдет полный курс лечения и сможет адекватно воспринимать все то, что скажут на допросе эти двое. И, кстати… Лилия!
Хлоп! – и несносная девчонка все в том же облике милого ангелочка объявилась прямо рядом с моим местом.
– Да, папочка? – сказала она, – если ты по поводу маленького Алексея, то должна доложить, что заклинание, компенсирующее его болезнь, врастает в ауру вполне успешно; еще немного – и можно будет забыть, что он когда-то страдал этим недугом. Младенческие ауры – они податливые не только на порчу, но и на благотворные воздействия.
– Отлично, – сказал я, – но только я позвал тебя не за этим. Вот, видишь – сидит немолодая, но очень красивая женщина. Мне нужно, чтобы ты сделала так, чтобы в ближайший месяц все, кто ее знают, ахали бы, спрашивая: «Ах, душечка, как вы помолодели, вы не откроете случайно свой секрет?»
– Экспресс-методом? – спросила Лилия, обходя стол и внимательно осматривая объект предстоящей работы.
– Да, – сказал я, – сейчас у нас нет времени на длинные процедуры, но потом она попадет в руки к тебе и мисс Зул – и надеюсь, что вы сделаете из нее настоящую красотку…
Наша деммская графиня промолчала, а Лилия попросту прикоснулась пальцем к руке неподвижно застывшей вдовствующей императрицы, сказала «Крекс, Пекс, Фекс!» – и ту окутало облако золотистых искр.
– Готово, – сказала мелкая божественность, сдувая челку со лба, – теперь через месяц я жду ее к себе на серьезные процедуры, а сейчас позволь мне удалиться, у меня еще множество дел…
Так закончился краткосрочный визит вдовствующей императрицы Марии Федоровны в наше Тридесятое царство, означающий начало коренного переворота в российской политике. В отличие от обычных «старших братьев», у нас все делается быстро: одна нога здесь, другая уже там.
Внезапное появление в осажденном Порт-Артуре государя императора Николая Александровича подействовало на местное общество подобно удару электротока, гальванизирующему измученное полумертвое тело. Уже сама личность русского самодержца вызывала в героях Порт-Артурской обороны необычайный подъем энтузиазма и патриотизма. Император посещал полуразрушенные оборонительные позиции, пожимал руки господам офицерам и называл солдат и унтеров «братцами» и «настоящими русскими героями». Закончив осмотр сухопутного фронта обороны, император направился на корабли Порт-Артурского отряда, первым делом вручив Николаю фон Эссену именной рескрипт о назначении того командующим отряда. После фортов и кораблей очередь дошла и до города.