Одним словом – Февральский вариант, когда, поиграв десять лет в представительный орган, крупные капиталисты еще раз повысили ставки и руками голодного народа окончательно ниспровергли самодержавие.
И таких деятелей в этой среде предостаточно: даже не каждый второй, а каждый первый, поэтому рубить эти толстые жилистые шеи затупится любой топор, ибо этим людям на данный момент в Российской империи уже принадлежит подавляющая часть всего самого ценного, вкусного и важного. Поэтому такого жирного слона необходимо есть, предварительно разрезав на маленькие кусочки, и начинать необходимо не с самих хозяев жизни, а с тех, кто обслуживает их интересы – вроде того же Стесселя, Фока и Куропаткина… Сначала следует отстранить этих людей от принятия судьбоносных решений, а потом – потрошить на адреса, пароли, явки. Впрочем, в основном этот процесс должен быть заботой уже нового императора, Михаила под номером два. Справился же он как-то с этой кодлой в мире Елизаветы Дмитриевны – справится и сейчас. Жаль только, что в нашей компании нет ни одного кадрового сотрудника спецслужб отечественной выделки, так что учить местных коллег, что и в какую дырку положено совать, придется все тому же герру Шмидту.
К настоящему моменту Стесселя и Фока в Порт-Артуре мы уже от дел отстранили, а с Куропаткиным и Сахаровым в Маньчжурской армии это еще предстоит проделать. Надо сказать, что император Николай, узнав, что генерала Фока взяли с поличным в японском штабе в одной компании с британскими советниками, потерял к этому человеку всяческий интерес. Перспектива грандиозной подставы с катастрофическими репутационными потерями затмила в нем все прочие соображения. Это даже не крик души «не заслоняйте», это плевок в самую нежную и чувствительную часть его сущности, с последующим растиранием сапогами. Людей, участвовавших в этом заговоре, он предал Божьему, то есть моему, суду и умыл от этого дела руки.
Поэтому и на Стесселеву генеральшу император бросил лишь беглый взгляд и, сказав: «Сударыня, ваш муж замешан в государственной измене», бочком обошел распростертую на земле тушу. Кивок Диме-Колдуну, заклинание легкого паралича – и вот уже «упавшую в обморок» Веру Алексеевну с болтающимися руками и ногами утаскивают через краткосрочный портал прямо в Тридесятое царство. Не было ее тут никогда; а там герр Шмидт разберется, что таится внутри этой дамы… Если она и в самом деле толкала своего «Анатоля» к измене, то не сносить ей головы; в противном случае, если вся ее деятельность – только дурь и не более, то отпустим обоих с извинениями, в качестве компенсации слегка подправив здоровье.