Автор
В кабинете установилась напряженная тишина, словно стены окаменели. Под ложечкой ощущается неприятное дрожание, будто сам воздух сжимает. Но время куда быстрее летит: одиннадцать лет — и это уже давно. Взгляды пересекаются, и в глазах партнера читается решительность, заставляющая задуматься о возможных последствиях....
Обычно сидит тихо, нигде не светится. — Он тоже был на свадьбе. А он что?
— Это папин приятель. Он к нам в гости приходил раньше, когда я еще в школе училась. Они пили вместе часто. Вова, он сказал, что я очень сильно похожа на Веру, и папа напрягся. Я поначалу подумала, что ты его имеешь в виду.
Дальше Анжелика подробно рассказывает о случайной встрече в столице накануне свадьбы, когда Гловач солгал, что она якобы от меня беременна. И о словах Салтыкова в адрес моей семьи. И о том, что пивовар, оказывается, обещал Орлову помочь с побегом.
Я едва зубами не скриплю от раздражения.
— Но Тарас мог знать его и попросить о помощи сам. У дяди Никиты пивной завод, ну ты в курсе. Он богатый человек. Может, это вообще ничего не значит. Просто… папа тогда будто испугался. Я никогда в жизни не видела его испуганным, поэтому запомнила.
Стискиваю крепче руль.
— Анж, Кокосик мой аппетитный, — стараюсь говорить мягко. Самого же едва не потряхивает. — А что ты мне раньше не рассказала об этом?
— Я думала, это не важно.
— Ах вот оно что. Может, есть что-то еще, что тебе кажется неважным?
Она пожимает плечами.
— Прости. Я… тогда тебя не знала. Не думала, что смогу тебя полюбить. Меня вырвали из привычной жизни и отдали тебе. Я… размышляла, не попросить ли помощи у дяди Никиты. Это казалось мне хорошей идеей, но я не решилась.
Резко заворачиваю на парковку к какому-то магазину и жму на тормоз.
Обхватываю затылок девицы и смотрю в ее глаза.
— Ты понимаешь, что, если совершишь глупость, это может стоить тебе жизни?
— Мне? — она округляет глаза.
Я смотрю на ее рот, который каждый день трахаю своим языком и членом. В ее глаза, которые плачут от удовольствия, которое она испытывает в моей постели. И понимаю очень четко — дело не в ВИЧ. Гловач ее спихнул мне не как бракованный товар, который пристроить сложно. Глаза мозолит, деть некуда, а выбросить стремно, родная кровь. Старый хер ее, блть, спасал. Как мог.
В каком же дерьме увяз Гловач за последнюю двадцатку лет? Что выхода другого не нашел, нежели замутить эту многоходовку. Прекрасно знает, что моя семья далеко не последняя в стране. И если тронут кого-то из нас — на этого человека откроют охоту.
Я работал в столице Республики. Приказ был в городишко Гловача и еще в пару небольших поселков не соваться. Не наше дело. Меня это волновало мало, в столице работы хватало. Отмывают там бабло, ну и что.
