Автор
Оля, пятилетняя девочка, рассказывает о своих отношениях с героями рискованной истории. В ее восприятии красота волос — ключевой показатель привлекательности, но в жизни все куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Этот детский голос становится провокационным началом для взрослой истории, где сопротивление и любовь критически важны....
Зараза…
Трогаю Олю всюду.
Задницу, спину, плечи.
Скольжу ладонями по шелку платья, сжимая достаточно похабно, чтобы дать ей понять – мои намерения очень скотские.
Выгибается и тянет за собой мою голову, заставляя сжимать свою талию и бедро.
Блять. Я скучал. Просто подыхаю от удовольствия.
– Спасибо… – шепчет она. – Очень красивый набор…
Со стоном отрываюсь от ее губ. Они улыбаются, когда заглядываю в ее лицо. Я тоже улыбаюсь, пока большим пальцем Оля гладит мне щеку.
– Не красивее тебя, – изрекаю банальность, вызывая у Оли смех.
Смотрю в ее глаза, ментально сбрасывая с плеч любое напряжение и оставляя за дверью посторонние мысли.
Ее глаза немного блестят. Она слегка пьяна, и меня это забавляет.
Когда склоняю голову, тянется навстречу.
Касаюсь ее губ своими.
Целую медленно. Никуда не торопясь."
"Снова сжимаю ее в руках, на этот раз осмысленно. Впитывая в себя каждое ощущение.
– Разденься… – тихо велит Оля, пробираясь ладонью под мое пальто.
Эта команда актуальна. Ведь это я в гостях, а не наоборот.
Снимаю пальто.
Оля забирает его и вешает в шкаф, пока я разуваюсь в ее прихожей.
Сын ночует у Романовых. Они подбросили ее до дома. Все это напоминает некий квест. Чтобы провести время с матерью своего ребенка, мне нужно найти, куда его пристроить и вложить в его голову посыл, что это отличная идея. Это немного несправедливо по отношению к Мишане, но я надеюсь, что подобные инциденты его детская память просто сотрет.
Оля снова тянется ко мне.
Руками обвивает шею, прижимается к ней носом.
Глажу ее запястья.
Оля ныряет ладонями в мой пиджак. Ласкает спину.
Я хочу касаться ее, она хочет касаться меня. Это будто передышка. Будто ты действительность ставишь на паузу. Будто у нас обоих сорвало чеку, и больше нет никаких запретов.
– Это тоже сними… – тянет с моих плеч пиджак.
– Так я могу войти? – сбрасываю его, оставаясь в рубашке.
– Ты уже вошел… – берется за ремень на моих джинсах.
Распускает его и вынимает из петель. Отбрасывает в сторону. Снова обнимает шею.
Подхватываю ее на руки и несу по коридору.
– Ай… – мелодично смеется.
У нас все немного не так, как положено, но это не похуизм. Просто жесткое планирование мы навсегда оставили в прошлом. Мы не устанавливаем правила. Обоюдно. Никаких правил.
В ее спальне большая кровать и светильник на тумбочке. Он включен, и это отлично. Мне нравятся эксперименты. Я нафиг сражен ими наповал, но сейчас я хочу видеть каждый участок ее тела даже больше, чем оттрахать ее в этом платье.
