– А разница во времени между скоростной и обычной?
– Скоростной, – он глянул на часы, – теперь уже завтра. Придите вы минут на десять раньше, то и сегодня получил бы адресат. А простой – недели две, не меньше.
Смотрел он с укоризной, словно это не я прождала его у окошка не меньше двадцати минут, а он сидел в гордом одиночестве и думал, куда бы направить нерастраченную энергию. Мои укоризненные взгляды разбивались о броню его спокойствия, как брызги о камень, не оставляя ни малейших следов.
– А по цене? – уточнила я. – Большая разница по цене?
– Большая, – ответил он и посмотрел на меня неприятным оценивающим взглядом. – Но вы, фьорда, можете расплатиться энергией.
– Энергией? – поразилась я.
– Каждая отправка требует изрядного количества магической энергии, – пояснил он. – Людей с Даром не так много. Поэтому нам спустили распоряжение – дать возможность платить энергией всем желающим в объеме, в четыре раза превышающем нужный для отправки.
Расплатиться, не потратив ни единого эврика, было очень заманчиво. Вот только магическая энергия хоть и не сильно потратилась, но и не полностью восстановилась после вчерашних занятий.
– А у меня хватит? – неуверенно спросила я.
– Впритык, – кратко ответил он. – Так что, платим энергией, фьорда?
Я храбро кивнула. Он усмехнулся и протянул накопитель с датчиками странной конструкции, я раньше такого и не видела. Военная разработка? Да нет, почта – не военное ведомство.
Накопитель заполнялся шустро, пустота внутри меня росла и росла, пока служащий не сказал, что хватит, и не забрал кристалл. Посылка улетела в артефакт перемещения просто мгновенно, а мне уже протягивали артефакт связи. Ответила Марита.
– Дульче, ты? – почти прошептала она. – Ой, как бабушка на тебя разозлилась. Сказала, что ты во Фринштаде позорище устроила.
– Да, ты, – укоризненно сказала сестра. – Она связывалась со своей подругой, чей внук тебя встречал, и та очень возмущалась твоей невоспитанностью.
– Моей невоспитанностью?
У меня возникла глубокая убежденность, что я разговариваю с кем-то незнакомым на тему, совсем мне не известную.
– Марита, это ты? – уточнила я. – Не понимаю, о чем ты говоришь.
– О твоей встрече с Берлисенсисом, – пояснила сестра. – Они даже пытались тебя вытащить с курсов, но это оказалось невозможным: ты же контракт заключила. – В ее голосе осуждение перемешивалось с восторгом. – Ничего у них не вышло, а бабушка злится и говорит, что слышать о тебе не хочет.