А вот почти знакомое слово «для фитинга» только с буквой «с», о котором уже говорил Кротов, расспрашивая меня о тройниках, повергает меня в шок.
Кажется, я бледнею от представления этой картинки. Мерзость. Хватаю сумку и под чистую за какие-то пять минут съедаю всю взятую с собой еду. Но мне мало.
Я спускаюсь в кафе и покупаю себе пакет пирожков. И снова поглощаю их как не в себя. Очухиваюсь только тогда, когда курьер приносит аналог пельменей. Господи, что я творю? Я так еще десять килограммов наем. Увольняться отсюда надо. Ну или просто сбегать.
Кое-как собираюсь с духом и набираю Кротова. Тот скидывает меня, а через несколько секунд он распахивает дверь своего кабинета. Первой выплывает девица, сам же начальничек не спешит выходить. Указывает взглядом на пакет на столе:
— Давай накрывай. Я проголодался.
Мельком осматриваю его кабинет, пока ставлю на журнальный столик поднос. Две пары перчаток остались нетронутыми. Сам Кротов выглядит… довольным. И рукава рубашки закатаны.
— Это аналог вашей манды.
— Моей?
— Ну раз вы заказали, то вашей. Я все обзвонила. Но их не доставляют. Это какой-то китайский аналог — гедзе. Короче, одна и та же хрень, но по-разному зовется.
Раскладываю приборы и перевожу на Кротова взгляд.
— Я могу идти?
— Можешь. У тебя, кстати, правый глаз криво накрашен. И под серые глаза коричневый карандаш не подходит. Сотри. Мне не нравится.
Что я там говорила? Хочу возвращения привычного Кротова? Правильно говорят — бойтесь своих желаний. А впрочем, неважно какой он. Надо лишь вспомнить о том, за что я его ненавижу.
— И не теряй даром время. Не забывай о подготовке встречи с поляками. Первое ноября на носу.
— Приятного аппетита.
Что такое по-настоящему злость я узнаю только поздним вечером, когда наконец оказываюсь дома. Несколько раз перечитываю все пункты своего реально подписанного договора, а не того липового, который подсунул мне на ноутбуке Кротов.
В этом и правда есть пункт о неустойке в ненормальную сумму за увольнение ранее полугода. Вот только в нем отсутствуют штрафы за вранье. А самое главное — есть пункт, который гласит, что работник может уволиться без штрафных санкций в течение месяца от начала работы. Ну и сволочь хитрожопая. Я сказала о своем желании уволиться сразу после эпизода на долбаном комоде. Да я триста тысяч раз вписываюсь в рамки!
* * *Утро, несмотря на бессонную ночь, я встречаю с хорошим настроением. Ибо предвкушаю момент, когда вручу ему заявление на увольнение, а потом с таким же удовольствием суну настоящий договор с пунктом, который я специально выделила красным цветом. Кротов появляется позже обычного. На ходу бросает «кофе» и заходит в свой кабинет. Плюнуть, что ли, напоследок? Нет. Камеры, мать их.