Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
— Кошка, ты вообще в курсе, что роды — это интимный процесс? А ну иди в свою хату и рожай сама, — нахмурив брови, произносит Даня.
— Скорее всего, она хочет, чтобы кто-то был рядом. Думаю, если мы вернемся к домику, она туда залезет и останется там.
И действительно, стоило нам только вернуться, как кошка тут же залезает внутрь.
— Я придумал ей имя. Оперой будет.
— Опера?
— Она самая. Такая же крикливая. Я думал, только женщины кричат во время родов.
— Она не кричит. Немножко помяукала. Я читала, что по-настоящему они могут кричать, если после родов кошка бросает котят и ходит за хозяином.
— Час от часу не легче, — закатывает глаза и тут же встает с корточек.
— Ты куда?
— За атрибутами романтики.
— Чо?
— Ничо, — парирует в ответ и куда-то уходит.
Наверное, ставить домик под лестницей — не лучшее решение, но как известно, хорошая мысля приходит опосля. Даня возвращается ко мне через несколько минут с ковром, скорее напоминающим шкуру медведя и бутылкой открытого шампанского.
— Поднимай синнабоны. Будем на ковре сидеть и побухивать шампанское с горла.
— Ты какой-то странный, — усевшись на ковре, резюмирую я.
— Разве? В народе это зовётся романтичный. Вот тебе ковер и шампанское. Осталось только электрический камин перенести на стену напротив нас, — грустно усмехается и тут же отпивает шампанское. — Хочешь?
— Нет. Мне и так хорошо.
— Это хорошо, когда хорошо.
Даня протягивает мне бутылку, и я делаю маленький глоток, исключительно, чтобы его не обижать.
— Ты чем-то расстроен. Чем?
— Нет.
— Да. Я тоже не слепая.
— Не расстроен. Так, немного стыдно.
— Стыдно?
— Ага. На родах почти незнакомой кошки присутствую, а на родах своих детей — нет. Оба раза был далеко. Хотя, я не только тогда был далеко, — тут же добавляет он, проводя рукой по волосам.
— А ты хочешь еще детей? — вот не это я хотела сказать. Совершенно не это. Но почему-то вопрос сам вылетает из моего рта.
— Хочу, — не задумываясь бросает Даня. — Родишь мне дочку? — вполне серьезно произносит он, смотря мне в глаза. — Да расслабься ты, — добавляет с усмешкой, наверняка видя мое замешательство. — Это я так. Шучу. Маленькая ты еще для детей. Сначала надо тебя развратить на двадцать один плюс.
