Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
Не ярко, но сойдет. Подталкивает меня к кровати и принимается стягивать с меня джемпер.
— Давай ты сверху.
— Нет. Я не умею, — в панике бросает Снежана, не зная куда деть взгляд.
— Я научу.
— Ученица из меня так себе. Да и я раздавлю тебя.
— Хватит нести ересь.
— Ну можно в другой раз?
— Нельзя. Тем более я не смогу сверху.
— Почему?
— Да мало ли извергну на тебя печенку.
— Шутишь?
— Нет.
— Но, если что будет не так, я не виновата.
— Конечно. Всегда и во всем вини меня.
— Ладно, но ты будешь голым, а я одетой.
— Чего?
— Того.
Подталкивает меня на кровать. Сама же принимается стягивать с себя носки и джинсы. Поворачивается ко мне спиной и следом снимает лифчик. Тянется к комоду и…надевает черную шёлковую сорочку. Купили на свою голову. Ну что ж, инициатива дерет инициатора. Вид, конечно, впечатляющий, особенно с распущенными волосами, но обнаженная грудь всяко лучше куска, пусть и красивой, ткани.
И тут во мне возмущается обиженный мальчик, которого лишают «конфетки».
— Так, стоп. Нет, — останавливаю ее я.
— Что нет?
— Я хочу видеть твою грудь.
— Ну захочешь, спустишь лямки.
— И в чем смысл одеяния?
— Потому что я так хочу.
— Знаешь, надо трахнуть тебя в общественном месте.
— Еще чего.
— Надо, надо. Просто мечтаю довести тебя до состояния, в котором ты не будешь думать, как выглядишь и что делаешь. К сексу вообще нельзя относиться серьёзно. А ты пытаешься это делать.
— Не-не-не, щас тебе будет игривая несерьезная кошечка, проявляющая инициативу.
Дабы не спугнуть настрой «кошечки», собираю все силы, чтобы не ляпнуть что-нибудь лишнее.
— Скользкий гад.
— Я?
— Ремень.
— Помочь?
— Еще чего. Я сама.
После уверенного «я сама», она ловко расправляется с ремнем и наконец стягивает с меня штаны."
"— Я понимаю, что это несексуально. И в кино этого не показывают, но они не исчезнут сами собой.
Держать язык за зубами становится все сложнее, в особенности, когда она принимается стягивать с меня носки. Ну да, в кино этого и вправду не покажут. Когда я остаюсь в одних боксерах, Снежана стопорится и закусывает губу. Отнюдь не для того, чтобы выглядеть сексуально, скорее для того, чтобы сделать себе больно.
— Так не пойдет.
— Что? — недоуменно интересуется она.
