Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
Однако, учитывая, что кандидатки до меня были одеты как с иголочки, высокие, худенькие, с величественной осанкой и грамотным макияжем, вышли-то они отсюда с уже не идеальным, а злым лицом. Значит все же не только одежда и внешность. А на лицо я, между прочим, смазливее всех их вместе взятых, правда мои шестьдесят семь килограммов под блузкой и джинсами не спрятать.
— Не нахожу, Даниил Леонидович. Передо мной было четверо идеальных внешне кандидаток. Но они вам почему-то не подошли. Стало быть, внешность и одежда не главное.
— Глазастая значит.
— Внимательная и наблюдательная. Это запишите к плюсам. К тому же, посмотрите на это по-другому. Я оделась так, потому что внимательно прочитала условия вакансии. А там было четко указано про личную помощницу двадцать четыре часа в сутки. Кто же будет ходить на каблуках столько времени?
— Ты оделась так, потому что не привыкла к каблукам и по жизни наверняка носишь какую-нибудь бесформенную одежду. И эта бабушкина блузка вероятнее всего вообще не твоя, ибо размер не твой.
Только не глубоко дышать. Ибо реально блузке хана. Это провокация, а я… а я ведь не слабая!
— Надо. Мне нужна эта работа. И я очень вынослива, уж поверьте.
— Не сдаешься значит по-хорошему. Ну, ладно, — отталкивается от стола и подходит к журнальному столику. Берет оттуда ежедневник и пододвигает ко мне еще один стул. Садится на него и переводит на меня взгляд.
— Смысл этой сказки в том, что… не надо ставить рядом с котами сапоги, чтобы они в них не написали, — чувство такое, что Кротов сейчас вышвырнет меня за шкирку. Однако, на его лице появляется что-то наподобие улыбки.
— Оригинально.
— А какой правильный ответ?
— Потом скажу.
