Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
Теперь, когда я знаю, что мы будем у моря, недалеко от места, где я отдыхала с родителями, я просто обязана выбраться к воде. Что может быть лучше моря, когда на улице еще тепло?
Ладно, сейчас важно другое. Чтобы получить немного свободного времени и насладиться морем, мне нужно не злить Кротова и выполнять его условия. В конце концов, в море я буду купаться не в парандже, от меня не убудет надеть платье и туфли. И даже волосы завью и тушью накрашу глаза.
Осталось только вымыть волосы, которые, увы, за почти двое суток в поезде далеки от свежести.
После минуты уговоров, он все же соглашается поливать мне голову водой из бутылки.
— И все-таки, мне кажется это не лучшей идеей. Не поместимся мы там вместе.
— Поместимся. Я над толчком встану, а вы как-нибудь приноровитесь. Может, дверь не закрывать, чтобы ваша филейная часть поместилась?
— Думаю, людям лучше не видеть, чем мы заняты.
Ой, знал бы ты где и как я мыла свои волосы, не говорил бы так. Контакт с мужиком на полтора метра помещения — это для меня прям мощно. Единственное чего я сейчас боюсь, это не того, что на меня случайно упадет мой помощник или коснется меня, а того, что мои волосы окажутся в сортире. М-да, затея все же так себе. Мобильник Владислава начинает звенеть ровно тогда, когда он мочит мне голову.
— Слушаю, Даниил Леонидович.
— Ты где? — несмотря на шум поезда, я отчетливо слышу раздраженный голос Кротова.
— Ай, аккуратнее, — вскрикиваю, когда вода попадает на шею. — Не плюхай так на меня.
— Через пять минут освобожусь. Я в туале…
Владислав не успевает договорить, в дверь так громко бьют, по всей видимости, ногой, что мы оба замираем от страха.
— Вы охренели там в конец?! А ну вышли оттуда нахер, иначе спущу с голой жопой с поезда обоих.
Не злить Кротова и следовать максимально его инструкциям уже не получится. Владислав открывает дверь и тут же принимается извиняться.
— Это не то, что вы подумали, Даниил Леонидович, — и только, когда я встречаюсь взглядом с Кротовым, до меня доходит. Он думал, что мы тут… ну и придурок. — Я ей голову поливаю, чтобы она вымыла ее. Вот шампунь. Еще не успели намылить, — Владислав выходит из сортира, я же стою как дура со стекающей водой с волос.
