Автор
В собеседовании уже нелегко быть собой, но это еще не самое ужасное, чем подвергся ты в жизни. Ты заходишь в кабинет нового работодателя, и тут же ощущаешь холодный щупальце смерти — мужчина поставил ногу на стол. Внутренний шок рушит все стереотипы, когда понимаешь, что это не просто собеседование, а предчувствие страшной работы....
— У тебя не второй размер, я купил тебе трешку, ты заметила? — только этого мне еще не хватало.
— Вам лучше пойти в ваш номер.
Вздрагиваю, когда в дверь стучат. Только этого мне не хватало. Нет, нет, нет!
— Снежок, открывай, — тварь. Перевожу взгляд на улыбающегося Кротова. — Считаю до десяти. Если не откроешь сама, будет хуже.
— Он просто пьяный, — еле слышно произношу я, наблюдая за тем, как Кротов встает с кровати.
Я не сразу понимаю, что он начинает расстегивать свою рубашку. А потом хватается за ремень брюк и расстегивает пуговицу на штанах.
В очередной раз вздрагиваю, когда Игорь бьет, по всей видимости, ногой в дверь. Никогда и ни за что бы не открыла дверь и плевать на шум, но Кротов сам подходит к двери и открывает ее.
Глава 14
Глава 14
Никогда не видела растерянности во взгляде этого ублюдка. Всегда самоуверен и насмешлив. А сейчас совершенно другой человек. Хотя он кто угодно, но не человек.
Тебя, урод, сюда никто не приглашал. Кажется, даже мой начальничек обалдел от того, что Игорь проходит внутрь номера.
— Не понял. Это же не твой номер.
— Мой. Наш. Это для конспирации. Чтобы тот, кто хотел меня грохнуть, пришел типа в мой, а меня нема. Черт, уже без конспирации. Надо менять номер, — усмехаясь произносит Кротов.
— Вы… встречаетесь?
— А ты хотел заглянуть к Снежане Викторовне и подкатить к ней свои яйца? Нет, Игорек, у нее уже есть своя яично-колбасная ферма в моем лице. Ну не в лице. Как правильно, Снежана? — переводит на меня взгляд.
И тут до меня доходит для чего, не такой уж и резиновое изделие номер два, расстегнул рубашку и брюки.
— Своя яично-колбасная ферма в лице…, — запинаюсь, понимая, что надо перейти на «ты», — твоего хозяйства?
— О, она умная, в отличие от твоей. Без обид.
— Яично-колбасная ферма? Ты перепил?
— Если бы я перепил, я бы тебе не открыл. Нам не нравятся традиционные названия гениталий, поэтому у нас яично-колбасная ферма и…, — вновь переводит на меня взгляд.
— Беляшный завод, — кажется, чушь сморозила, судя по выражению лица Кротова.
— Беляшный? Тогда уж пельменная фабрика, — поправляет меня он с дурацкой улыбкой.
Боже, что мы несем? Ну ладно, Кротов пил, но я то? Не знаю, от чего больше обалдел Игорь. От феерической фигни про наши фабрики, хозяйства и заводы или от того, что в моем номере встретил Кротова. Сейчас я каждой клеточкой ощущаю какую-то эйфорию от осознания того, что мой начальник непонятно зачем отыгрывает эту роль.
