Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
Облапав меня взглядом и прикинув, как бы я выглядела на спине, он предложил мне сесть. Едва я разместила на коленях папку с документами, он тут же куда-то позвонил и сообщил, что «человек из «Энергии» прибыл». Звонил, судя по раскрывшейся после этого двери, в соседний кабинет. Сначала в душное тесное помещение ворвался запах, который я ненавижу с детства. Так пахнут беляши, поджаренные в пятую очередь на одном и том же масле. Потом я увидела мужика лет сорока, в костюме такого же качества, как у Варяскина, но более темного оттенка.
Поэтому туфли на этом, с жирными пальцами, я узнала сразу. Наши туфли. География распространения оказалась, к моему удивлению, довольно обширной. Судя по всему, обувь расходилась исключительно по «своим», и это дало мне возможность ощутить удовлетворение. По всему выходило, что честные менты, типа моего Мишки, спонсорской помощью оказались обойденными, и деньги на противогрибковые препараты сейчас не тратили."
"Попросив у Варяскина «что-нибудь руки вытереть», толстяк получил чистый бланк протокола допроса.
