Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
А чего это мент из далекого Павловска кивает головой помощнику местного дежурного, и тот узнает его, как родного? День сегодня состоит из каких-то эпизодов, на первый взгляд никак не связанных между собой, однако такое впечатление, что все сегодня стараются исключительно для меня.
– Скажите, Ползунов, меня не снимает скрытая камера?
Он опустился в кресло, закурил и только после этого заметил, что если бы это была шутка, то по всем правилам она должна была закончиться еще в кабинете Варяскина.
– Но отчасти вы правы. Скрытая камера вас снимала. И даже не одна. Первая была закреплена в букете синтетических цветов, что стоят в вазе у вас на столе, в офисе, а вторая – у вас в квартире, в сломанной розетке. У вас дома есть неработающая электрическая розетка?
Я первый раз в жизни почувствовала, как пот выступает мгновенно. Высоким тонусом потоотделения я никогда не страдала, но, едва вспомнила о розетке, которая месяц назад почему-то вышла из строя, ощутила на спине жар и тоненькую струйку, стекающую по позвоночнику.
На офис наплевать. Если они устанавливали камеру в букет и розетку в одно и то же время, то раз тридцать посмотрели, как я крашу губы, и еще раз двести – как я поправляю на плечах лямки бюстгальтера.
– Послушай, черт тебя побери! – вскипела я. – Кто вы такой, Ползунов?! Кажется, я допустила большую ошибку, не попросив вас предъявить удостоверение еще в первый раз.
– Допустили, – согласился толстяк, вынул из кармашка пиджака красные корочки и выложил на стол.
Кажется, он не боится, что я могу порвать их зубами? Или в окно выкинуть? Правильно, знает, что не сделаю ни того, ни другого…
«Старший оперуполномоченный Управления по борьбе с организованной преступностью.
– То-то я смотрю, Виктор Степанович, как только о Павловске речь зашла, у вас такое глупое выражение лица сформировалось, – я бросила корочки на стол.
