Автор
Весны ритмы заставляют город вспомнить старые обиды и злость. Вот она — середина дня, дворник несет свой гнев к коллегам, а вечером мужик на соседнем подоконнике молчит, наблюдая, как женщина рядом с ним делает ту же самую шпору. В окне соседнего дома – новая картина: и там стоит жена, тоже ожидая своей очереди за чаем. Все это в одном доме, каждому — свой взгляд на мир....
– И как давно был ваш спор?
– С женщиной я был в последний раз позавчера, если вы об этом спрашиваете.
Этот человек все крепче опутывался сетью моего интереса. Жаль только, что ему на это, кажется, наплевать.
– Лариса, перейдем к делу. Вам что-нибудь говорит это имя – Марта Рапкунайте?"
"– Разумеется, – от непонимания ситуации сердце мое зашлось в мелкой тряске. – Это моя бабушка.
– Вы в курсе, что она умерла?
– Как… умерла?
– Говорят, от старости. Люди после ста лет жизни склонны к этому. Ваша бабушка родилась во времена Османской империи.
– А вы циник.
– Я практик. Вы свою бабушку в глаза не видели и никогда не испытывали желания с ней встретиться. Тем не менее она не злопамятна.
– Откуда вам знать, злопамятна она или нет, – бросила я, незаметно для себя перейдя на «вы». В глаза этот мужчина мне не смотрел, зато читал меня другим способом.
– Злопамятные бабушки не оставляют равнодушным к ним внучкам состояние в сто пятьдесят миллионов евро.
Глава 12
– Что?.. – я была оглушена.
– У вашей бабули имелся свой сыроваренный заводик. Его-то она вам и отписала.
– Ты с ума сошел… – мне стало душно. Я еще не понимала, что такое сто пятьдесят миллионов евро, меня беспокоило другое. Я готова была верить этому мужчине безоговорочно. И верила. Если так, то я – самая неблагодарная внучка на свете.
– Нотариус вашей бабушки известил нотариуса по месту вашего жительства – а именно у его конторы мы сейчас находимся, что наследство открылось и ждет наследников. Как мне доложили, кроме вас на него претендовать может еще ваш отец. Но наследство целиком и полностью, следуя воле умершей, отписано вам.
– Я ничего не понимаю…
Антон закурил. Приоткрыл окно, и в машину проник свежий ветер.
– Значит, Ползунов и Горецкий…
– «Вольво» и триста тысяч долларов – нет, мелко. Но вот сырный завод обойти вниманием глупо. Тем более когда речь идет о двух прохиндеях.
– Но они-то откуда узнали?!
– Ваша бабушка скончалась неделю назад. А несколько дней назад, видимо, нотариус из Голландии отправил письмо местному нотариусу и вам на службу. Это письмо могло оказаться в руках Горецкого?
– Ну, разумеется! – вскричала я.
