Автор
В темном помещении Матвей пытается понять, кто и зачем разговаривает с ним сквозь занудливый шум. Внезапный свет пробуждает его, подчёркивая неясность ситуации. Книга "Сотня. Смутное время" создает атмосферу извилистой реальности, где каждое слово имеет значение и каждый человек может быть другим лицом в другой роли....
– Господь с тобой, батя, – сглатывая подступивший к горлу ком, прохрипел Матвей разом пересохшей глоткой. – Это ж мамка моя. Как же я мог не защитить? Я ж тогда самого себя бы проклял.
– Господь с тобой, сынок! Что ж ты такое несёшь?! – вылетая из кухни, тут же затараторила Настасья. – А ты, отец, и вовсе ума лишился, – напустилась она на мужа. – До такого греха додумался. Где это видано, чтоб казак родовой себя сам жизни лишал?!
– Не было б греха, Настюша, – грустно улыбнулся кузнец. – От тоски бы сдох, на могилке твоей, как тот пёс.
– Судьба, или пращур? – не удержавшись, тихо спросил Матвей, начиная о чём-то догадываться.
– Знает он. Ты пока ездил, Елизар его со Святославом свёл, – тихо поведала Настасья, присаживаясь на край лежанки и начиная поить сына. – Да и я ему кое-что рассказала.
– От, значит, как, – растерянно проворчал кузнец, ероша седеющий чуб. – Ну, может, так оно и лучше.
* * *Вошедший в дом едва не строевым шагом поп небрежно перекрестился на образа и, одарив Матвея долгим, настороженным взглядом, мрачно спросил:
– Ну, что скажешь?
– И тебе здоровья, батюшка, – усмехнулся парень уголками губ.
– Дерзишь?
– Здоровья желаю. Где ж тут дерзость? Или оно тебе лишнее? – нашёлся Матвей, даже не делая попытки приподняться.
При каждом движении, когда ему приходилось напрягать спину, боль по телу разливалась такая, что выть хотелось.
Да ещё и дыхание перехватывало. Похоже, лёгкое ему и вправду отбило капитально.
Угрюмо хмыкнув, поп присел на лавку и, оглядевшись, задал следующий вопрос:
– Правду ль гуторят, что ты Катьку порченую к блуду склоняешь?
– Это кто такую хрень несёт? – тут же разозлился Матвей. – Пусть этот пёс брехливый сюда придёт и лжу ту повторит, в глаза мне глядя.
– Язык придержи, – попытался осадить его поп, но парня уже понесло.
– Сам замолчь. Кто несёт такое? Отвечай! – рычал он, глядя в глаза попу злыми глазами.
– Ты это, полегче, – стушевался служитель культа. – Не с казаками на завалинке говоришь.
– А вот с казаками я после о другом поговорю. Вот придёт дядька Елисей, обскажу ему, как ты сплетни о честном человеке по станице разносишь, – пригрозил парень.
– Зачем? – окончательно растерялся поп, не ожидавший такого наезда.
