Месть - лишь вопрос времени. В Санкт-Эринбурге, как в любом крупном городе, заселились разные эшелоны населения: от богатых до бедных. Однако в центре внимания оказался один человек из нищего района, чья судьба стала символом для всех остальных.
* * *"
"Водитель грузовика с ужасом уставился на болтавшуюся дверь, затем перевел взгляд на оборотня, растянувшегося на сиденье рядом с ним. Никита угрожающе зашипел на него, оскалив острые клыки. Его узкие кошачьи зрачки расширились, превратившись в два бездонных черных провала.
– Нет! – тонким голосом пискнул водитель. – Не трогай меня!
– Девушка в твоем фургоне?!
– Нет, в заднем! Там, где едет профессор и его дочь!
– Прегради ему дорогу! – прорычал Никита.
Перепуганный шофер ударил по тормозам, грузовик резко замедлил ход и завилял на скользкой дороге.
Старик злобно расхохотался и направил ружье прямо на него. Парень тут же пригнулся и босой ногой вдавил педаль тормоза в пол. Грузовик резко сбавил ход и завилял на дороге. Грохнул выстрел. Пуля разнесла лобовое стекло, но ни Никита, ни водитель рядом с ним не пострадали.
– За что?! – испуганно взвизгнул шофер. – Я же свой! Я же за вас!
Владимир Штерн злобно что-то выкрикнул, но его слова потонули в реве двигателей. Трейлер тоже снизил скорость и вскоре оказался позади маленького грузовика, а затем на полной скорости врезался в него и с громким скрежетом потащил за собой по трассе.
Грузовик развернуло на гололеде и швырнуло к краю обрыва. Шофер с истошным воплем вцепился в руль и, давя на тормоз, попытался остановить стремительное приближение к пропасти.
Фургон Владимира Штерна слегка отстал, а затем с новой силой толкнул их сзади. Грузовик опять начало мотать из стороны в сторону. Штерн ударил вновь, и трейлер зацепился за грузовик. Два грузных монстра подлетели к краю обрыва, проломили ограждение, зависли на какое-то мгновение над пропастью, а затем ухнули вниз.
С оглушительным грохотом они покатились вниз по каменистому склону, переворачиваясь и разваливаясь на части. Глубина обрыва оказалась относительно небольшой, около десяти метров, но этого хватило, чтобы оба грузовика превратились в груду искореженного металла.
Когда падение закончилось, Никита, истекая кровью, выбрался из смятой кабины. При последнем перевороте он сильно ударился грудью о приборную панель и сейчас едва дышал. Он мельком взглянул на потерявшего сознание шофера и пополз по заснеженному склону к другому грузовику. Тот лежал на порядок ниже, метрах в пятнадцати от них.
