Похоже, я поставила его в тупик.
– Ты не похожа на миротворца.
– Почему же?
– Эмоций много. Жизни. А вот умиротворения ни на грош.
– Да, с последним мне не повезло. При раздаче почти не досталось, – огрызнулась я.
Уголок его губ дернулся. Не улыбка, конечно, но хоть что-то.
Рэй посмотрел на мой браслет, блеснувший в разрезе коричневого рукава. И мне неожиданно захотелось натянуть манжет и спрятать золото, словно стыдную улику.
Чувство было новым. И странным. С чего бы мне его прятать? Я мечтала о браслете с тех пор, как впервые осознала, что это такое!"
"Взгляд Рэя скользнул к расстёгнутым пуговицам у ключиц и витому шнуру, несколько раз опоясывающему талию, чтобы подчеркнуть мою хрупкость, а потом опустился к голым коленям, едва прикрытым тканью. И напоследок мужской взгляд задержался на розовых ноготках моих стоп и пушистых тапочках.
И снова его губы слегка дрогнули.
– Говоришь, безупречный вкус?
– Несомненно. Поэтому платье пришлось усовершенствовать. Ножницами.
– Теми, что сейчас лежат в твоем кармане?
Я подняла брови.
– У тебя что, рентгеновское зрение?
– Они оттягивают ткань.
Наши взгляды встретились, и я едва не опустила глаза первой. Но выдержала.
– Точно. Ими.
– Готовила очередную провокацию?
– Думаешь?
Быстро же он меня раскусил…
– Да, – спокойно определил он. – Как и в коридоре, ты пытаешься понять, насколько далеко можешь зайти. И что тебе здесь на самом деле грозит. Но ты боишься, поэтому и ножницы прихватила. Так, Ванда?
Имя он произнес странно, с паузой.
Отрицать было бессмысленно, и я кивнула, соглашаясь.
– Ты умен.
Уголок его рта снова дернулся. Была в этом какая-то тревожащая неправильность…
– Или у меня часто бывают пленники.
Бархатная нотка скользнула в хрипловатом голосе. И я застыла, напряженно всматриваясь в знакомые глаза на чужом лице.
– Я тебе кого-то напоминаю? – бесцветно спросил Рэй, поднося ко рту свою кружку. Пить не стал, словно держал ее лишь для того, чтобы согреть пальцы, обтянутые черной кожей перчаток. Или чтобы заслониться от меня? – Ты смотришь так, словно видишь знакомого.
Или просто схожу с ума. Или сошла давно…
– Вряд ли его можно назвать знакомым, – медленно сказала я, не отрывая глаз от мужского лица со шрамом. – Но да. Ты напоминаешь мне… кое-кого. Только того человека давно нет в живых.
– Что же с ним случилось? – в голосе Рэя не прозвучало ни капли интереса.
Я мотнула головой, все-таки опустила глаза и пробормотала:
– Неважно.
Кухарка поставила передо мной большую тарелку с горячим отварным картофелем, щедро сдобренным сметаной и тертым сыром, а рядом – огромную кружку со сладким чаем, пышную булочку и блюдце с маслом и вареньем. И даже улыбнулась мельком, словно ободряя.