Рого новый шаг лишь приближает падение к пропасти — это кредо его новой жизни. У него было идеальное «до», но вот что случится в его нынешнем "после"? Как он сохранит то, за что боролся и любил, когда все пути кажутся недостижимыми?
Ту самую ладонь, которую я сжимала в кулак, боясь выпустить иллюзорное тепло чужой руки.
– Вы просто использовали меня. – Удивительно, как спокойно прозвучал мой голос. – А Дамир? Дамир Норингтон? Он знал о том, кто я?
– Дамир – способный молодой человек, – хмыкнула Катерина. – И очень амбициозный. Думаю, он о многом сумел догадаться.
Я прикусила щеку. Дамир тоже меня использовал в своих целях. Значит, для него я стала трамплином в продвижении по служебной лестнице?
– О, все не так плохо, – протянула Вольц, поняв направление моих мыслей.
– Вы держали его в Песках! – подскочила я. – Пытали!
– О чем ты говоришь? – либо Катерина была величайшей актрисой, либо она действительно удивилась. – В Песках? Но Август никогда не был в Песках!
– Вы врете!
– Зачем мне это? – Она подняла брови. – Я с тобой предельно откровенна. Август исчез из полицейского морга в Нью-Касле, куда его привезли. Исчез, не оставив следов. Мы даже не сразу поняли, что он…жив.
– Из морга? – Я ничего не понимала. Голова кружилась.
Катерина опустила взгляд и некоторое время молчала, нервно выстукивая ногтями по своей трости.
– Именно. Пуля попала разрушителю в сердце, остановив его, но понимаешь, в чем дело… Когда мы начали проверять, то выяснили удивительную вещь. Рэй Эттвуд, сын Евангелины и Рональда Эттвудов, проживающих в Сант-Реброзе, погиб не в Нью-Касле. Он умер в возрасте восьми лет под каменным завалом недалеко от своего родного города.
Катерина посмотрела на мое вытянувшееся лицо и вздохнула.
– Понимаю твое недоумение. Мы тоже были несколько обескуражены подобным открытием. Городской врач, приехавший на место завала, с сожалением зафиксировал смерть мальчика и поставил соответствующую отметку. Ребенок не дышал уже несколько часов. Какого же было его удивление и даже ужас, когда восьмилетний Рэй открыл глаза и сделал вздох… Кстати, лекарь и сейчас уверен, что не мог ошибиться, хотя окружающие сочли происшествие то ли чудом, то ли врачебной ошибкой.
