Рого новый шаг лишь приближает падение к пропасти — это кредо его новой жизни. У него было идеальное «до», но вот что случится в его нынешнем "после"? Как он сохранит то, за что боролся и любил, когда все пути кажутся недостижимыми?
И наконец задала вопрос, который меня измучил:
– Почему, папа? Почему ты мне не сказал, что она жива?
Отец нахмурился.
– Аманда Вэйлинг умерла для всего мира, – негромко произнес он. – И для нас с тобой тоже, Кассандра. Я надеялся, что ваша встреча никогда не состоится, в конце концов, Аманда мне это обещала…
– Но почему? – выкрикнула я. Миротворцы, сидящие на другой стороне, удивленно обернулись, поймали недовольный взгляд генерала и торопливо отодвинулись подальше.
– Я… не могу тебе сказать.
– Но почему? Неужели тебя не терзает эта мысль? Почему твоя жена так поступила? Ты говоришь, что любил ее!
А я все еще помню те дни. Смутное детское воспоминание, где папа – такой непохожий на себя сегодняшнего, молодой, улыбающийся, держит маму за руку, и оба смеются.
После «смерти» Аманды мой отец никогда так больше не смеялся.
Отец снова глянул в сторону военных и понизил голос почти до шепота.
– Да, я любил твою мать, Кассандра. Наверное…только ее я и любил по-настоящему…
Его глаза на миг затуманились. Но генерал тут же встряхнулся и снова стал тем, кого я привыкла видеть: суровым и неласковым солдатом, частенько забывающим о маленькой девочке, прячущейся в грозу под своей кроватью.
– Но эти тайны лучше не знать. Я и сам знаю немногое, а все, чем владею – лишь догадки и домыслы. А чтобы узнать правду, надо совершить невозможное. Надо попасть…туда.
Отец коротко ткнул пальцем наверх, и я нахмурилась с недоумением.
Туда? На небо, что ли?
Или…
В Пантеон.
Вот о чем говорит отец. О тайнах Совершенных. Мама стала одной из них и бросила нас. Значит, все дело в этом? В секретах Пантеона?
– Я знаю, что был плохим отцом, Кассандра, – задумчиво произнес отец.
Я хмыкнула.
