Автор
В трубке шёпот подстрекал к решительным действиям: "Выручай!!!" — Василий отмахнулся от неумолимого звонка, привычно отправляя в ответ жуткую улыбку. Вопрос Миши о помощи казался странным после десяти лет разлуки, но он поднял трубку, чтобы услышать истинную причину вызова. Атмосфера напряжённая и острющая, как гвоздь в ткани — словно мир взбунтовался, не желая нижних соратников объединяться после длительной разлуки....
Его сборник рассказов переиздают за последний год уже не помню сколько раз… Да что ты меня смотришь, как на сумасшедшего. Держи телефон, сама погляди его истории."
"Я посмотрела. Соцсети Спиридонова! Этот Казанова мало того, что протащил меня по всем знаменитым местам города, так ещё и видеоконтент состряпал: вот мы в ресторане, потом мы танцуем в заснеженном парке под мелодию из диснеевского мультика, хорошо вышло, я красивая, он тоже ничего. Следующее видео, где я в караоке пою «Серебро» Би 2.
Я перелистывала все сториз и мечтала провалиться под землю, вот уж этот Вася, так меня подставить перед шефом.
— Ты же поговоришь с ним, чтобы он представил наше издательство на конференции? — Виталий Андреевич заглядывал мне в глаза с надеждой, но я была неумолима.
Весь день шеф кружил, словно я пресловутый сыр, а он лисица. Уговаривал, требовал, взывал к совести, угрожал. К вечеру я сдалась. Всего-то надо попросить Васю, не обязательно добиваться от него положительного ответа.
— Вась, — я зажала трубку ухом, а сама пристроилась возле начальственны двери, чтобы тот не стал свидетелем моего дипломатического этикета.
— Ммм? — отозвался телефон.
— Ты как? — решила начать с расшаркиваний.
— Угу… — нечленораздельно выдал собеседник.
— Чем ты там занят? — вспылила я.
— Работаю…
— А чего трубку взял?
— Решил удостовериться, что ты не приняла постриг и не сваливаешь в монастырь после нашей ночи…
То ли динамик у меня сильно громкий, то ли любимое начальство тоже караулило у двери, но на фразу про ночь Виталий Андреевич услышал и, шлёпнув меня по боку дверью, вывалился в приемную. Сиял он не хуже бабкиного эмалированного чайника. Я сделала злые глаза и зашипела змеёй:
— Какая ночь, Спиридонов? Ты там перегрелся? — руководитель почуяв, что так я разругаюсь с этой золотоносной гусыней, замахал руками, принуждая прикусить жало.
— Хороша ночь, горячая, жаль короткая…Давай повторим? — этот олень определённо издевался, а я багровела всеми оттенками красного, оказавшись в дурацкой ситуации.
— Нет, — гордо отказалась я, намекая, что подобные предложения позорят мою честь, тоже мне нашлась непорочная монахиня.
— Тогда, что тебе надо?
— Тело… — ляпнула я, не подумав. Начальство закатило глаза.
