Их не удивляло, что Хиггинс юлит, уходит от прямого ответа; их удивляло другое. На что он надеется?
Молчание было долгим. Курбатов знал: Хиггинс нервничает сейчас, — он уже скрипнул раз или два стулом, не зная, куда ему поглядеть и куда девать руки со вздувшимися синими венами.
Ярош снова начал спрашивать: где в последний раз Хиггинс виделся с Роуленом? В Мюнхене, кажется? Роулен, очевидно, был недоволен неудачами Хиггинса в Эльблонге? Почему Хиггинса так интересовали турбины?
Нетрудно было заметить, что происходит с Хиггинсом.
Задавая эти вопросы, чтобы сбить отчаянное, и по сути своей обреченное, молчание Хиггинса, Ярош видел, как он вздрагивает, продолжая играть равнодушного. Но, как в прошлый раз, когда перепуганному Хиггинсу в вопросе «поехали к ночи?» почудилось имя того, к кому он ехал, так, при слове «турбины», он вздрогнул сейчас, но, поняв, очевидно, что это может его выдать, пожал плечами и проговорил:
— Я интересовался ими потому… ну, мне было приказано ими заинтересоваться, вы же знаете, что такое приказ.
Курбатов быстро прикинул, где у нас строят турбины. Дальние города он отбросил, — у Хиггинса было командировочное удостоверение сюда, он шел к Найту и его группе, и, стало быть, задания, данные ему, могли касаться только предприятий города или области. В городе был «Электрик», в области — комбинат в Высоцке.
— Ну, «Электрик» интересовал вас, это ясно. А Высоцк, например, не входил в задание?
С минуту Хиггинс смотрел в тень, туда, где был Курбатов, ничего не видящими, остекленевшими глазами, а потом сказал глухо, устало, будто выдавливая из себя слова:
— Хорошо.
Пишите, я всё расскажу.
Курбатов взглянул на Яроша, и тот усмехнулся.
У Хиггинса отвисла, как всегда случалось с ним при крайнем волнении, нижняя челюсть, смотреть на него было еще более мерзко, весь он напоминал размякшую, серую медузу.
— Хорошо, — снова повторил он, соглашаясь. — Держите здесь или где угодно, мне хочется дожить до того дня, когда всё это кончится.
Кто-нибудь да сломает же себе шею, я хочу посмотреть — кто?
— Говорите! — резко перебил его Курбатов.
— Да… Задание было. Одно на «Электрик», вы это уже знаете, у Найта там кто-то есть, я не знаю. Другое — в Высоцк, на комбинат… Хотя ведь это вы тоже знаете не хуже меня… Задание — портить турбины. Больше я не могу сказать ничего. В конце концов, я прибыл сюда передать задания.
Когда Хиггинса увели, майор зажег в кабинете верхний свет и облегченно вздохнул.