Совсем недавно... Воскресник. Там разбирали последние руины города, когда внезапно на горизонте появился новый дом — стройка будущего. Каждые полчаса туда выезжали машины с мусором, и каждый раз больше радовались застройщики городской славы. Но что скрывается за стенами нового дома? Атмосфера загадочна и напрягает, словно сам город вновь просыпается от вековой тишины....
Кушелев говорил, глотая слюну, и длинными сухими пальцами оттягивал воротник:
— Я ничего не хотел делать, но, понимаете, ко мне домой пришли…
— Кстати, где вы живете? — перебил его Курбатов. Кушелев назвал адрес, указанный в паспорте.
— Это коммунальная квартира?
— Д-да…
— Неужели вы так наивны и думаете, что мы не проверили, Кушелев? Там вы никогда не жили. Ну, продолжайте. Куда же к вам пришли?
— Пришли?.. Ладно, теперь всё равно. — Он выпрямился, пальцы, сцепленные вместе, уже не ползли к тугому воротнику рубашки.
— Какие документы?
— Я… Мы веселились. Ну, выпили. Я не помню. О чем-то говорили. Что-то сунули мне подписать.
Он замолчал, собираясь с мыслями, но Курбатов торопил его:
— Дальше, дальше.
— Дальше, я жил у нее три месяца, это где-то на Приморском шоссе, я адреса не знаю.
— Про ботинки с застежками?
— А? Да, да, про ботинки. Мне сообщили, что если я выполню это дело, то возвратят мой документ — тот, который я подписал. Поверьте мне…
— Кто обещал?
— Она. Аня.
— Могли бы вы найти дом, где она жила?
— Нет, вряд ли.
— Вы говорите неправду.
Кушелев привстал, кладя растопыренную пятерню на сердце, у него даже слёзы навернулись на глаза:
— Товарищ… простите, не знаю вашего звания…
Курбатов резко оборвал его:
— Я вам не товарищ.
— Я сказал правду, — прошептал Кушелев. — Ей-богу, правду, вы просто не хотите верить мне. Я сам ошарашен. Работать два дня и…
— Значит, вы работаете только два дня?
— Да. В магазине.
— Ловко работаете, — улыбнулся Курбатов. Арестованный тоже засмеялся, мелко и дробно, и развел руками.
Курбатову вдруг стало тошно смотреть на этого человека; майор встал, прошелся по комнате и сказал:
— А почему вы уволились из ресторана «Северный»?
Курбатов увидел, что у человека, сидевшего перед ним, вздрогнули плечи и он снова начал растягивать воротник.
— Я там никогда не работал… А чёрт с ним, всё равно. Погубила она меня. Ну да, работал, и хотел жить честно.
— Аня виновата?
— Да.
