В зловещем коридоре бункера свет отдалённых ламп создает шаткий образ действительности. Дверь приоткрывается, и на пороге стоит человек в тёмной одежде, явно неразговорчивый. Выходим, готовые принять любую угрозу, словно главные герои известного фильма.
Стёкол в окнах, правда, здесь не имеется – зато ставни есть! Не продует, да и почище тут.
Насколько я могу предположить, эти «товарищи» особыми мысленными извращениями не страдают – стало быть, поступят в строгом соответствии с заведённым порядком. Выставят посты на окраине – минимум четыре человека долой. У дома часовой – это уж без вариантов. Командира и груз – в отдельное помещение, во избежание, так сказать… Перекусят, определят порядок смены часовых – и отдыхать. Само собою разумеется, что спать верхом на контейнере никто не станет – не настолько же они отмороженные? Тащить за плечами – тут никуда не денешься, но вот ещё и лежать на нём?"
"А какие в этом домике отдельные помещения? Для командира группы есть более-менее подходящая комната.
Проверка длилась не слишком долго, уже минут через двадцать из лесу появились остальные члены группы. Точно так же, как и передовые, они прикрывали друг друга на маршруте, тщательно обшаривая стволами все подозрительные места. Впрочем, я этого уже не видел, это мне по телефону сообщили. К тому моменту я уже не мог видеть ничего, равно как и меня невозможно было обнаружить никоим образом.
А теперь – ждать… Мишкины парни соблюдают теперь режим радиомолчания. Фиг знает этих умников… могут ведь и эфир просканировать! И пусть у нас рации с цифровым закрытием канала, но что-то такое может ведь вспугнуть супостатов, оттого и проложена телефонная линия, упрятана в канаве полёвка[17], ведущая в моё укрытие. Чтобы отыскать провод, надобно всю околицу вскопать! Замучаются некоторые.
