Автор
В двадцать первом веке ароматы диких лесов привязаны к глубинным подземельям и специальным лабораториям. Здесь же в тринадцатый век нашей эры, чистый воздух без мусора цивилизации окружал меня, как настоящий уголок природы. Слегка поднявшись на ощупь через тихие, покрытые снегом деревья и в непроникаемой тени туч, слух постепенно вернулся, готовясь услышать нечто невероятное....
Мы растерянно взглянули на священника, но тот мигом решил проблему, громко объявив:
— Хоть и началась Святая седмица, но дабы не обидеть отказом, разрешаю вам вкушать все, что дадут, — и добавил вполголоса: — Мне же не по чину нарушать заветы.
Обед скорее походил на походный завтрак. Двое нукеров, кстати, облаченных в доспехи, внесли подносы, поставили прямо на пол и сами уселись рядом, протянув жадные ручонки к еде. Но первым трапезу начал нойон, подбросив один кусочек мяса в воздух. Затем он пиалой зачерпнул меда из кадки, плеснул вверх и на все стороны света, отпил сам и дал священнику, как самому старшему из гостей.
Лишь после такой церемонии монголы приступали к еде, если её так можно назвать. Да уж, плоховато кормят моавитян, хотя, по идее передовому отряду должны доставаться все трофеи. Но благодаря нашим стараниям, во всем княжестве мародерам нечем поживиться, а обозы идут с основным войском, так что на завтрак сегодня только дичь. Но не какие-нибудь рябчики или зайцы.
Отдав долг ""яствам"", я смог сосредоточиться на мыслях о Йисуре. Это имя мне встречать приходилось только в хрониках семидесятых — восьмидесятых годов.
— Не тот ли это Йисур, отцом которого был сам великий Мугэ? — Чем Мугэ был знаменит, кроме того, что стал тысячником-темачи, получившим свою тысячу лично от Чингисхана, я не знал. Однако не сомневался, что мои собеседники точно знают и при необходимости расскажут о его подвигах.
Ага, судя по тому, как монголы поперхнулись, я попал в точку.
