О чём книга «Спасенная любовь»
Где я нахожусь? Корделия перевела视线到男人身上。过去三天,他一句话都没说。医生格林已经告诉他,这只是暂时的。她决定亲自照顾这个陌生男子,带来了一些水和食物,希望能让他感到舒适一些。病房里弥漫着消毒液的味道,但此刻,这里仿佛只属于他们两个人。

Автор
Где я нахожусь? Корделия перевела视线到男人身上。过去三天,他一句话都没说。医生格林已经告诉他,这只是暂时的。她决定亲自照顾这个陌生男子,带来了一些水和食物,希望能让他感到舒适一些。病房里弥漫着消毒液的味道,但此刻,这里仿佛只属于他们两个人。
Комната, в которой он сейчас стоял, была далеко не богатой. Просторная, с деревянным полом, потертый персидский ковер на котором был призван добавить немного роскоши. Мебель старая, но отполированная до блеска. Стенам не повредила бы свежая краска. Но кровать была невероятно удобной, и он должен был признать, что в этом есть своя прелесть.
Соблазнительно уютная комната, несмотря на отсутствие дорогой мебели.
— Покажешь мне все? — услышал он свой вопрос. — Мне нужно размять ноги. Такое чувство, что я слишком долго был заперт в тесном пространстве.
— А как насчет телефонного звонка?
Зеленые глаза встретились с синими, и Лука улыбнулся, потому что не часто бывало, чтобы он находился в обществе женщины, которая не знала ему цены. Это дарило странную свободу. Он мог оставаться самим собой. Он больше не был тем человеком, полным решимости продвигать значительный семейный бизнес, который он теперь развивал, оттащив от края, где тот оказался благодаря отцу. И не был завидным женихом, который не мог войти в комнату, не будучи помеченным, как мишень для благовоспитанных женщин, мечтающих о замужестве.
Его выбросило из моря в никуда, он стал человеком без прошлого и будущего, предопределенного судьбой.
Лука не был вполне уверен, каким окажется, лишенный всех атрибутов, которые обычно его окружали, но был готов попробовать разобраться в ситуации.
Особенно в компании женщины, которая выглядела так, как эта.
Он почувствовал внезапное напряжение в паху и с трудом подавил желание застонать вслух.
— Как я уже сказал, — пробормотал Лука, — никто не обратится в полицию, чтобы узнать о случившемся со мной, и не станет высылать поисковую группу.
Он сообщил отцу, что возьмет тайм-аут на несколько дней. На сколько именно, не уточнил, так что отец не имел ни малейшего представления о том, когда ждать его возвращения. Что же касается остального мира…
Что ему до их всех? Он был единственным ребенком в семье, потому делал все, что ему заблагорассудится, без оглядки на кого-либо.
Он нетерпеливо мотнул головой.
— Проведи меня по дому, — хрипло сказал он, предвкушая возможность на короткое время погрузиться в жизнь, которая была далека от его собственной.