Автор
Новый роман Гузели Магдеевой "Спаси нашего сына" - это душевная история о любящих родителях и их единственном ребенке. Вместе они преодолевают препятствия, чтобы воспитать сильного, благородного человека, похожего на отца — Егора Баринова.
— Спасибо, — мне хочется обнять его, чтобы выразить свою благодарность, но вместо этого я остаюсь сидеть на месте, лишь только крепче сжимая аппарат в своих пальцах, — огромное спасибо, Егор.
— Разбирайся пока с ним, — он прячет руки в карманах джинс, — я поехал.
— Куда? — я не должна задавать такие вопросы, но он слетает с языка прежде, чем я успеваю остановиться.
Егор колеблется, прежде чем сказать, но потом, все же, отвечает:
— К Вике.
И уходит, оставляя меня с до боли жгущим руки подарком.
Глава 23. Егор
Мне хочется забраться с башкой под душ, чтобы ледяной — до ломоты в зубах.
А пока я еду в машине и чувствую, как пригорает. От себя самого, в том числе.
На соседнем сидении — Викины шмотки.
Приходить за ними сама она отказывается наотрез. И я не могу сказать, что не понимаю ее.
Она вправе называть меня мудаком: я притащил ее в свой город (да, она сама напросилась, но сейчас это уже не играет роли), привез в свою квартиру.
А потом привел Еву.
Черт, знала бы моя первая учительница, в какого мудака я вырасту…
Подъезжаю к зданию гостиницы, достаю чемодан из багажника, Викины вещи.
Я снял ей номер, пока на неделю, а дальше будет видно.
Иду к ней в номер, тащу этот чемодан, пластиковые колесики грохочут по плитке пола, а меня все бесит.
Я, блин, фирму создал, свой бизнес, за границу его вывел, а сейчас ощущаю себя героем любовного романа.
Пару дней назад все шло ровно. Я старался не думать о Еве, занимался работой, подписывал контракты, спал с Викой и был, в общем-то, вполне счастлив.
Даже если все вокруг меня было иллюзией, меня лично все устраивало. Ах, да, я же мастер самообмана.
Мне казалось, что меня все устраивает.
А теперь я разрываюсь между двух женщин, через пару месяцев я стану отцом, черт возьми, что такое творится.
Вика в своем номере, сидит на кресле, подобрав длинные ноги. На ней майка атласная, одна бретелька упала с плеча, и в другом случае этот вид бы меня зацепил.
Но не на этот раз."
"— Спасибо, что привез, — говорит, не поднимаясь, — останешься выпить чай?
Я колеблюсь.
А дома — Ева. И долгая бессонная ночь впереди, и я не представляю, как буду спать один в кровати, когда она за соседней стенкой.
Ее образ в неглиже из ванной тотчас же всплывает перед глазами, и я ощущаю покалывание внизу живота.
