Герой предан другом, лишён магии и приговорён к смерти. Его спасает загадочный орк, который на самом деле скрывает совсем иную природу. Забота спасителя таит в себе тайны, которые перевернут представление героя о собственной судьбе и о том, кому он может доверять.
— Какая разница — кто ты, если я тебя люблю? Мы, драконы, вступая в брак, смотрим в глаза своей любимой, а не на её расу, слушаем своё сердце, а не глупые предрассудки. Пусть остальные расы выбирают себе жён по их происхождению, величине приданого или категории, для нас, драконов, важно совсем другое. И теперь, когда никакого «только» не осталось, я хочу ещё раз услышать твой ответ.
— Да! — теперь уже ничего не могло помешать моему счастью. — Да, мой любимый дракон, я выйду за тебя замуж.
Вэйланд достал что-то из кармана и, чуть отстранившись, взял меня за правую руку.
— Я не знаю, какие у вас обычаи, но у нас жених, в знак помолвки, надевает невесте браслет.
И он застегнул на моём запястье изящный, золотой браслет, украшенный тонкой замысловатой резьбой — нужно будет потом повнимательнее её разглядеть. Что-то похожее я видела у королевы и сестры Вэйланда, да и у некоторых служанок — тоже, но считала это обычным украшением. А это вот что, оказывается! Провела пальцем по искусной резьбе.
— Какой красивый!
— Он ждал тебя почти сотню лет. Я рад, что теперь этот браслет нашёл свою хозяйку. И теперь, — дракон вдруг хитро улыбнулся, — когда на твоём запястье этот знак, говорящий всем вокруг, что ты — моя, а я — твой, мы можем целоваться и… тискаться столько, сколько нам захочется, и заходить при этом как угодно далеко.
Это мне понравилось. Но решила всё же уточнить.
— И ты дашь мне потрогать эти симпатичные выпукл… то есть, мышцы на своём животе?
— Я весь твой, — и мужчина одним движением сорвал с себя рубашку, открывая то, к чему так и тянулись мои пальцы.
* * *О, какое же это удовольствие — трогать и гладить своего дракона. Какое замечательное у него тело — сильное, тёплое, чуть подрагивающее под моими пальцами. Правда, долго мне этим ощущением наслаждаться не удалось — губы Вэйланда, прижавшиеся к моим, отвлекли моё внимание, а его руки, начавшие путешествовать по моему телу — почему-то уже без рубашки, — заставили окончательно потерять голову.
Я так и не уловила момент, когда мы оказались на моей постели, совсем раздетые — но даже мысли о том, что нужно стесняться, не возникло, слишком приятно мне было. Я даже представить не могла, что моё тело настолько чувствительное, что прикосновение рук, а потом и губ дракона к моей груди заставит меня стонать и ёрзать, цепляться то за его плечи, то за волосы.
