В тревожную ночь на 178 судоремонтном заводе в Владивостоке двенадцать груженных контейнеров с новыми модулями «Тумана» вызывают у Армена Амосовича и его команды ощущение, что они на грани неизбежного. Алексей Тимохин, новый капитан корабля, вынужден столкнуться с необычайными трудностями в испытании «Тумана», чтобы спасти жизнь своего командира и русской военно-морской державы....
Только что меня вызвал товарищ Одинцов и сообщил, что из-за нештатного срабатывания нашей аппаратуры в момент удара молнии, произошел прокол метрики пространства-времени по временной составляющей, и нас отбросило в прошлое, на 108 с половиной лет….
Лейла, наше вечное горе, непроизвольно пискнула, — Ой, мамочки! Алексей Иванович, честное слово, я все точно считала… — и зажала себе рот рукой.
— Успокойся Лейла, если кто и виноват, то я сам… — я обвел взглядом лица своих коллег, кажется, до них еще не дошла вся тяжесть ситуации, — просто мне не пришло в голову еще на полигоне испытывать установку на удар молнии….
— Ну и какая точно дата у нас за бортом? — особист Ким, сложил руки на груди. — Интересно, как посреди океана они определили, какой сейчас год и месяц?
— Астрономически, товарищ капитан первого ранга, хороший штурман, имея астрономический таблицы, за час-полтора определит вам дату с точностью до двух-трех дней. Да и к тому же, сегодня утром, нашими кораблями была остановлена для досмотра местная шхуна, сомнений нет, сегодня 14 марта 1904 года по григорианскому календарю, или же 1 марта того же года по принятому в России юлианскому календарю.
Один из РТВшных молодых старлеев, Сергей Злобин, поднял руку, прямо как школьник. — Товарищ Тимохин, Алексей Иванович, можно вопрос? — Я кивнул. — И что же будет дальше? Мы не сможем вернуться?
— Вернуться?! И ты, Сергей, и все вы, коллеги, считайте что это исключено…. Во первых «Туман» восстановлению не подлежит.
— И, что же мы будем делать дальше? — капитан второго ранга Степанов посмотрел на особиста, — Нам, с тобой, Максим Оскарович, надо бы самим сходить к товарищу Одинцову и выяснить обстановку.
— Можете сходить, но мне тоже кое-что известно. Не далее как четыре с половиной часа назад состоялся военный совет, на котором офицеры боевых кораблей и роты морской пехоты приняли единогласное решение принять участие в Русско-Японской войне на стороне Российской Империи. — Наступила гробовая тишина, — Как сказал мне Пал Палыч, наша корабельная группа выдвигается в сторону Порт-Артура.
