В тревожную ночь на 178 судоремонтном заводе в Владивостоке двенадцать груженных контейнеров с новыми модулями «Тумана» вызывают у Армена Амосовича и его команды ощущение, что они на грани неизбежного. Алексей Тимохин, новый капитан корабля, вынужден столкнуться с необычайными трудностями в испытании «Тумана», чтобы спасти жизнь своего командира и русской военно-морской державы....
В этой гробовой тишине с места вскочил Виктор Позников, наш инженер из группы монтажа. Ну, тот самый из-за белоленточной ориентации которого, у меня были неприятности с особистом и Одинцовым. — Да вы что, млять, с ума все посходили?! Какая война!? За, что? За Рашку?! — слюна так и брызгала во все стороны, — В Штаты плыть надо! Знаете сколько бабок можно срубить…, мы же все миллио….
— Какие Штаты, сука?! — РТВшный старлей Вася развернул крикуна к себе лицом, и БАМС, врезал гаду прямо в глаз, — Вот тебе Штаты, гондон штопаный!
— А-а-а… — заорал наш белоленточный, но тут же заткнулся, потому что коллега Васи, Серега, тот самый, который спрашивал у меня про возвращение, развернул его лицом к себе и с оттяжкой врезал поддых.
— Родина у меня одна, как и мать, падла, и я ее не продаю! — Позников рухнул на палубу, скрючился и затих. Истошно, как сирена, почти на ультразвуке, завизжала Катька Малеева. Вася уже было занес ногу для пинка в лицо, потом передумал.
— Товарищ капитан первого ранга, — повернулся он к особисту, — вы, конечно, извините нашу горячность, но этот гад явно призывал к измене Родине… — потом Василий тяжелым взглядом посмотрел в сторону Катьки.
"Особист стоял как потерянный, явно не зная, что сказать. Наверное, мне самому надо брать инициативу на себя… ну, не моя это работа, не знаю я, что в этом случае делать?! Заступаться за этого обормота? Он мне самому противен, да и мужики тоже не поймут, вон смотрят волками.
Дальше все сделалось само, к нам в трюм по трапу спустились три морпеха, два рядовых и сержант, очевидно, их привлек Катькин визг, не услышать этот сигнал, помощнее ревуна боевой тревоги, было просто невозможно.
— Сержант Некрасов, — козырнул старший, — товарищи офицеры, — обратился он к Злобину и Смурному, — отчего вы, э-э-э, товарищи лейтенанты, применяете меры физического воздействия к этому гражданину? По всей группе кораблей объявлено Осадное положение и особый режим безопасности.
— Товарищ сержант, — Смурной рывком поднял Позникова на ноги, — это наше дело…. И вообще вы забываетесь, тут старшие по званию есть!
— Извиняюсь, но мы на вахте и соответственно уставу и спрашиваем. А дело может и ваше? — Сержант щелкнул гарнитурой, — товарищ лейтенант, докладывает Брюс, ЧП в «секретном» трюме, мордобой.
