Безопасность сидела за столом в своем кабинете, голова склонена над папками. В камине пламя косилось по черепицам, когда две дружные луны взирали на мир из верхних рядов небес. Раздался стук — вход. Безопасность оторвалась от документов и мгновенно пригляделась к тем, кто въезжает....
— Кстати, а где же твой книжный червь?"
"— В библиотеке, — процедила я и едко добавила: — Книжные черви обитают исключительно в библиотеке, где едят фолианты, манускрипты, гремуары. А Вир тут. Просто он отошел и скоро вернется.
— Ну-ну…
— Сомневаешься? — прищурилась я, доходя до точки кипения в считаные секунды.
Еще немного, и я наплюю на то, что пунш в моем бокале нужно вообще-то пить, а не выплескивать в лицо.
— Не знаю, стоит ли сомневаться, — провокационно усмехнулся Варлок. — А вот в чем я точно уверен, так это в том, что тебя от плохого настроения стоит лечить плохим поведением.
Я подумала: а не плюнуть ли ему на ботинок? Ведь он не уточнил, чье именно поведение должно быть плохим и насколько. Но вслух произнесла иное:
— И, как я понимаю, в качестве лекаря ты предлагаешь свою кандидатуру? — Я чуть склонила голову набок, словно рассматривая товар.
— А я тебе нравлюсь? — вместо ответа без обиняков спросил Варлок.
— Настолько, что хочется тебя убить, — не задумываясь, ответила я.
— Значит, нравлюсь, — усмехнулся этот гад.
— Если скажу, что нравишься, ты уйдешь? Твое уязвленное эго успокоится? — тоном, который подходил больше для смертельных проклятий, произнесла я.
— Не могу обещать, но попробуй.
— Хорошо. Ты мне небезразличен, — сказала я, не соврав ни единого слова.
Ведь жгучая ненависть — отнюдь не равнодушие.
— А теперь потанцуй со мной. И я уйду. И даже обещаю, что не буду портить романтический вечер тебе и твоему дружку, — нагло заявил Варлок.
— Мы с тобой даже чай за одним столом не пили, а тут сразу целый танец… — Я покачала головой, не в силах удержаться от ехидства.
А память не к месту тут же подкинула картину, где мы с альвом в его комнате. Причем не только целуемся.
— Если для тебя так важны старомодные фазы ухаживаний, то не проблема. Чая нет, пусть будет вино.
Варлок нахально взял из моих рук один из бокалов, и, пока я стояла, изображая прижизненную статую самой себе, с мелодичным хрустальным звоном коснулся им о другой.
Ух ты, как кстати… Такого случая я упустить не могла.
— Смотрю, ты готов на многое ради победы… — выговорила я, стараясь не выдать радости в голосе.
— Нет. Нари, не на многое. Я просто никогда не сдаюсь.
— Тогда… За истину, — провозгласила я.
Тост получился кратким и странным. Но я подала пример, поднеся бокал к губам.
