Узники темницы эльфийских разведчиков - члены загадочной организации "Несогласных" с татуировками клана, в глазах людей - признаки непонимания и опасности. Мистический подземелье становится местом не только плена, но и открытий: каждый заключенный держит ключ к уничтожению своего народа....
Я не могла выпустить когти, не могла пошевелиться, не могла никак себя защитить.
— Ты проклята.
Знают! Откуда?
— Мы давно это подозревали и окончательно убедились сейчас, когда увидели, что ты уносишь куда-то ребенка из леса. Проклятого ребенка.
Они видели. Они за мной следили! Чувствовала же, что добром эта затея не кончится.
— Хватит, Этиль, она мертва.
Я лежала у ног Этиль без движения, с закрытыми глазами и старалась не дышать в надежде, что Семерка уйдет, посчитав дело сделанным. Все, что мне оставалось, — притворяться мертвой.
Пусть уйдут! Пусть уйдут и оставят меня в одиночестве. Я как-нибудь справлюсь, найду силы выкарабкаться. Только пусть уйдут, пусть не добивают.
— Думаешь, сдохла? — Чужой сапог брезгливо толкнул мою безвольную ногу.
— Ты метила в сердце. Меч прошел насквозь. Проверь пульс.
О, нет! Можно задержать дыхание, но как заставить сердце перестать биться хотя бы на минуту? Они поймут! Догадаются, что я только притворяюсь мертвой, и завершат начатое.
Внутренности скрутило от ужаса. Даже боль отступила на второй план.
— К черту пульс. Я просто перережу ей глотку. Чтобы наверняка.
Нет-нет-нет-нет-нет!
Они меня убьют! Прямо сейчас. Зарежут, как животное на бойне.
Все мое естество восстало против такого исхода. Я не могла умереть. Не так, не здесь, не сейчас, не зарезанная своими же людьми за преступления, которых не помнила.
Паника сдавила горло, когда слуха коснулся тихий шорох приближающихся шагов.
Этиль. Это была Этиль. Скромница, недавно красневшая в моей комнате, с тревогой рассказывающая о похищении пленников, предложившая помощь.
Та, кто заманила меня в ловушку.
Превосходная актриса и лгунья.
Это ее сапоги, облепленные болотной землей, замерли напротив моего лица. Я смотрела на них из-под опущенных век — квадратные носы, черная кожа с зеленоватым отливом — и стремительно впадала в отчаяние.
Сейчас, вот сейчас пальцы Этиль зароются в мои волосы, оттянут голову вверх и назад, заставив меня выгнуть шею. А потом я почувствую у горла холод острозаточенного металла.
