Переиграть трех матерых сыскарей недоучившемуся курсанту? Нет, нереально. Специалисты расставлять ловушки, прессовать, запугивать, а когда нужно — выбивать признания, как правило, добиваются своего. При наличии двух условий: слабости человеческого материала и наличии времени. В данном случае материал был крепок, а времени мало. Как только прокурорский следак закончит работу в адресе, сразу закатится сюда. А у этого Круглова самооборона в чистом виде. Можно сказать, классика. Следак сыскарям не помощник, он растолкует этому лоху про его права. И все! Тюремкой уже не пуганешь. Можно, конечно, и со следаком договориться, иногда, бывает, идут навстречу. А вообще — законники херовы! — только под ногами путаются, работать мешают.
Профи косил под простака, понимал — ничего они ему не сделают. Максимум — упрячут на трое суток. Это мелочь. Выпустят обязательно. Вот только Зойку сейчас одну оставлять не хочется. Трудно ей одной и страшно. Да еще Котов! До него нужно добраться раньше ментов.
Сегодня они уже упоминали его контору «VIP-сlub». Значит, что-то знают или догадываются. Смог же Партнер вычислить, смогут и они. А если возьмут Котяру, то добраться до него будет трудно. Нет, надо отсюда выбираться, некогда мне в КПЗ париться.
Профи старался не раздражать ментов, отвечал вежливо. Он бы давно послал всех, а сейчас сдерживался. У него есть цель.
После трех часов занудных угроз вперемежку с «разговором по душам» заметно разочарованный Позарез сказал:
— Ладно, Круглов, пиздуй отсюда, но помни: если до твоей бабы все-таки доберутся, ты, бля, сам виноват. Я хотел тебе помочь.
Профи посмотрел на него внимательным взглядом и совершенно искренне сказали:
Когда дверь за ним закрылась, начальник уголовного розыска покачал головой и заметил:
— Крепкий мужик. Но кончит плохо.
Маятник отцепился от заднего бампера милицейского «УАЗа» и со скрипом пополз вверх.
В ближайшем ларьке Профи купил бутылку «Белого аиста». Здесь же, за ларьком, сделал несколько глотков из горла. «За тебя, Партнер! — подумал он, вытирая рукой губы. — Извини, что в такой обстановке. Впрочем, тебе все равно!»
Через двадцать минут он был дома. Зоя все еще спала. Соседки-пенсионерки смотрели «Санта-Барбару».
— Сереженька, вас отпустили? — спросила одна из них громким шепотом.
— Нет, сбежал, — зло ответил он. Не разуваясь, прошел в комнату и выключил телевизор. Экран черно-белого «Рекорда» погас.
— Все, бабульки, по домам. Баиньки.
Обе женщины поспешно ушли.
