Автор
Дебрями своей новой семьи начались кривые игры мужа, а также притворные дружбы соседок, которых он устроил для разоблачения жертвы. Чем больше я узнавала о своих собственных слабостях и предательстве близких, тем неуловимее становилась реальность "сумасшедшей" подруги. Это непредсказуемое приключение в окружении донжуанов выведет меня из себя....
– Никакой справедливости в жизни».
Ночь прошла в слезах и тяжких думах. На счастье, господин Бойко был из тех, кто любит вставать рано, так что в начале девятого он уже звонил дяде Жоре.
– Слышал, что у вас проблемы, – не без яда заявил он."
"Дядя Жора ответил, что какой-то идиот с нами шутит шутки, при этом ни в голосе, ни в словаре дяди Жоры не было и намека на интеллигентность, и если бы он сам не маячил перед глазами, я бы решила, что разговаривает с Бойко кто-то другой. Очередное открытие меня не порадовало.
– Думаю, ваши ребята успели заметить что-то интересное, – сказал дядя Жора, а Бойко захихикал.
– Намекаешь, что я за вами слежку приставил?
– Я бы перестал вас уважать, будь это иначе.
– Ага, – согласился Бойко и на некоторое время задумался.
Дядя Жора его не торопил, пауза показалась мне очень долгой, наконец Бойко сказал:
– Ребятишки мои докладывают: девчонка вышла из дома и добралась на троллейбусе до проспекта Гагарина. Там ее ждал интеллигентик в очках. Они взяли такси и вместе уехали.
– Куда уехали? – спросил дядя Жора.
– Они в пригороде. Красное село, улица Ворошилова, дом семь. Мне все это интересным не показалось, и мы наблюдение сняли.
– Девчонку увезли или она сама отправилась? – спросил дядя Жора.
– Встретились, как родные, – на этот раз хохотнул Бойко, а я нахмурилась, не в силах поверить в Марьино коварство.
Это я и заявила дяде Жоре, когда, закончив разговор, он появился в кухне. В ответ он только пожал плечами.
– Что будем делать? – поинтересовался морячок, заглядывая в кухню.
– Ее надо найти, – торопливо сказала я, а дядя Жора едва заметно поморщился.
– Хорошо, прокатимся в Красное село. – Морячок согласно кивнул, а я натянула кроссовки. – Тебе ехать не обязательно, – заметил дядя Жора.
– Я поеду, – отрезала я. Он недовольно нахмурился, но смолчал, зато Витя состряпал дяде Жоре физиономию, которая могла означать следующее: вот так, брат, и ничего с этим не поделаешь.
