В Спокойном Ване мы погружаемся в мир заброшенной пещеры, где каждый камень и углубление словно скрывает свои тайны. Здесь сортаны вырезают канавки на поверхности базальта, подчиняясь чертежам — видимо, древние использовали такую технику для чего-то странным образом вписанной в жизнь природы. Пещера кажется естественным созданием, но ее глубина вызывает сомнение о правдивости этой гипотезы....
Он сидел у стены по другую сторону от окна и держался за живот. Его глаза следили за мной вполне осмысленно. Я кинулся к нему, стараясь не свалиться вниз. Край пола был совсем близко.
— Живой? — Спросил я.
Тот молча кивнул и вымученно улыбнулся. Из уголка рта побежала струйка крови.
— Потерпи.
Я подхватил его на руки, как ребёнка, и нырнул в туман. Третий сразу потерял сознание. Через туман я проскочил моментально. Василий был уже здесь и стоял, щурясь от яркого света. Девятая чуть отстала. Я наткнулся на неё, выбежав из тумана.
— Чего встали? Бежим. Парням помощь нужна. — Прикрикнул я на них. У меня обе руки были заняты, так что им и дальше придётся тащить раненых самим.
Командир ждал нас, стоя в центре лагеря. Рукава у него были засучены. Вид получился грозный и комичный одновременно.
— Клади его на траву.
Я осторожно опустил Третьего на землю и, не оглядываясь, поспешил на помощь Васе. Бедный Девятый был жив, несмотря на варварский способ транспортировки. Оттеснив Двенадцатую, подхватил его на руки и поторопил Васю:
— Быстрее. Нам ещё за остальными возвращаться.
— Что с Люськой? — Всхлипнула Двенадцатая.
— Нет её больше. Умерла. — Коротко ответил я.
— Ох! — Девушка сморщилась, приготовившись заплакать.
— Только не реви! — Одёрнул я её. — И так тошно.
Мы с Васей рысцой прибежали в лагерь и положили раненых рядом с Третьим. Склонившийся над телами командир что-то еле слышно нашёптывал. Пальцы на его руках жили своей жизнью, периодически складываясь в разные фигуры.
Второй, которого нёс Вася, быстро перестал стонать и, кажется, уснул. Пуля пробила ему лёгкое. Кровавая пена, шедшая ранее изо рта, истончилась до тонкой струйки.
— Двенадцатая, воду неси. Кровь будешь смывать. — Рявкнул я на скуксившуюся девушку. Пусть лучше работает, чем слёзы льёт.
— Я тоже воды попью. — Тяжело вздохнул Василий, отправляясь следом.
— Давай бегом. Надо остальных вытаскивать. — Кивнул я, наблюдая за действиями командира.
Третий, притащенный мной, был ранен тяжелее всех. Пули попали в живот, лёгкое и зацепили плечо. Последнее ранение смотрелось царапиной на фоне остальных. Для меня оставалось загадкой, каким образом я проглядел его раны раньше. Возможно, ясный и живой взгляд Третьего ввёл меня в заблуждение.
