В Спокойном Ване мы погружаемся в мир заброшенной пещеры, где каждый камень и углубление словно скрывает свои тайны. Здесь сортаны вырезают канавки на поверхности базальта, подчиняясь чертежам — видимо, древние использовали такую технику для чего-то странным образом вписанной в жизнь природы. Пещера кажется естественным созданием, но ее глубина вызывает сомнение о правдивости этой гипотезы....
Что делали остальные, я не видел. Земля, на которую мы улеглись, больше напоминала грязь. До границы тумана оставалось метров восемь или десять, и я, плюнув на одежду, пополз по-пластунски.
Чем ближе приближался к границе, тем отчётливее становились звуки боя. Последние метры я полз с осторожностью. Несколько раз Василий утыкался в мои сапоги. Наконец, моё лицо вынырнуло из тумана. Руки я поспешно убрал назад и начал осторожно оглядываться.
Если заходили мы в лес, то выход из тумана открылся прямо в стене квартиры полуразрушенного дома.
На уцелевшем участке пола, идущем от окна до стены напротив, сохранился древний диван, стоящий в углу. Пыльный ковёр висел на стене, в стороне от того места, где был выход из тумана.
Снаружи шёл бой. Всполохи от взрывов и пожаров хорошо освещали кучку идиотов, столпившихся у окна. Они таращились на невиданный фейерверк и совершенно не понимали опасности. Быстро проведя подсчёт, я выяснил, что последняя двойка парней нас обогнала, а вот Двенадцатую я не видел.
Василий дёрнул меня за ногу. Как ответить, я не знал, поэтому просто легонько его лягнул.
— Млять! — Выругался я, когда вспомнил, как Аберрация относится к мухлевщикам. Задуманный мной финт был мухляжом чистой воды.
Подтянув ноги, я весь выполз из тумана, и, сидя на корточках, ждал появления остальных.
— Что происходит? — Задал Вася «неожиданный» вопрос.
— Говори тихо. Война вокруг, только непонятно, кто с кем воюет. — Ответил я. — Впереди обрыв. Туда не суйся. — Махнул в сторону провала, вдруг он не увидит его при здешней иллюминации.
Словно подтверждая мои слова, недалеко от нас полыхнула яркая вспышка, осветившая всё вокруг.
