В стенах забитого офиса начинался гул разочарования. Алина сгорбилась в кресле, вздыхая облегченно. Здесь она провела целый год под пристальными носками своего босса - человека без начала и конца, жаждавшего совершенства в каждой мелочи. Теперь же, освободившись от этой тирании, Алина готова рассказать всему городу о своем споре с этим идеалистическим убийце времени....
Что, черт возьми, мы делаем? Что я делаю?
Я уперлась кулаками в теплую грудь, к которой секунду назад так стремилась прижаться, и попятилась, выкручиваясь из плена сильных и крепких рук.
– Юля… – шагнул следом босс.
Сейчас он вовсе не был похож на того безупречного красавца, аккуратного и холодного, как лед. Да уж, чего-чего, а холода в нем точно не было. Потемневшие глаза пьяно полыхали жаром, грудь ходила ходуном, волосы растрепались, помятая рубашка держалась на паре пуговиц.
И когда же я успела ее расстегнуть?
– Пора работать! – я предостерегающе вскинула ладони перед собой и попятилась.
– Юля…
Ждать, что он еще скажет, я не стала. Развернулась и вылетела из кабинета, на ходу поправляя одежду. Пробежала через приемную, на секунду остановилась у двери, прислушиваясь, выскочила в коридор и помчалась в туалет.
«Да что это со мной», – мрачно думала я, разглядывая в зеркало «лицо фирмы». Да уж, лицо. По такому лицу сразу видно, чем его хозяйка только что занималась. Губы припухли и влажно алели, в глазах колыхался дурман, щеки горели, словно их отхлестали.
Через несколько минут, приведя себя в порядок при помощи холодной воды и самовнушений вроде: «Я не буду думать о том, что случилось сейчас, я подумаю потом, вечером, дома», – я выскользнула из туалета, прошла по уже не пустому коридору и нырнула в приемную.
Босс, к счастью, сидел в кабинете. Я включила компьютер и занялась разборкой почты.
Когда-то раньше мне казалось, что обязанности второго ассистента в этом офисе просто жуть какие сложные, и я буквально сбивалась с ног.
Сегодня я получила все и сразу.
Телефоны разрывались, а я наоборот зарывалась в кипе бумаг и документов.
Босс сегодня был чертовски лояльным. Он даже собственноручно приготовил себе кофе. Видимо, опасался, что я в запарке могу насыпать туда щепотку канцелярских кнопок вместо сахара. А после обеда, похоже, и вовсе решил, что находиться в офисе небезопасно, и куда-то убежал.
Впрочем, я была рада, что босс ушел. Пока я спинным мозгом ощущала его присутствие в соседнем кабинете, пока он изредка оттуда выходил и обращался с каким-то вопросом – думать о работе становилось совершенно, ну абсолютно невозможно. И я делала какую-нибудь глупую ошибку, давая тем самым повод подойти ко мне еще раз.
Теперь же без него в приёмной стало чуть тише.
