В стенах забитого офиса начинался гул разочарования. Алина сгорбилась в кресле, вздыхая облегченно. Здесь она провела целый год под пристальными носками своего босса - человека без начала и конца, жаждавшего совершенства в каждой мелочи. Теперь же, освободившись от этой тирании, Алина готова рассказать всему городу о своем споре с этим идеалистическим убийце времени....
– Например, мне безумно интересно узнать, что там за влюбленность первой степени и какую Ангелину вы определили мне в невесты?
– Что, вот прямо сейчас?
Мне бы хотелось отложить этот разговор на как можно более долгий срок. Например, навсегда.
– Нет, – босс покачал головой. – Сейчас мы отправимся в офис. Работа сама себя не сделает. Но за ужином я с удовольствием послушаю вашу версию вчерашних событий.
Я с облегчением выдохнула. Главное, не сейчас. До вечера еще дожить надо.
Я быстро сбегала за сумочкой, и мы вместе с боссом вышли из моего дома, вместе сели в его автомобиль, вместе приехали на работу и вместе вошли в приёмную.
Я украдкой огляделась по сторонам. В приемной действительно было идеально чисто. Уборщица не зря получила отгул и премию. Алина поприветствовала нас как положено: ослепительной улыбкой без тени удивления.
– Ты ничего не хочешь мне рассказать? Сбежала вчера неизвестно куда, на звонки не отвечала, сегодня являешься вместе с боссом… Выражение лица такое, что краше в гроб кладут. Скажи на милость, куда делись наши орхидеи? И как все эти события между собой связаны?
Я понимала, что человек, заплативший за меня вчера по счёту (не такому уж и маленькому) имеет право знать подробности.
– Алиночка, – взмолилась я, усаживаясь за стол и включая компьютер, – я тебе всё обязательно расскажу. Но потом, пожалуйста! Потом!
В чём Алинку нельзя упрекнуть, так это в непонятливости. Я и вправду была ей очень обязана, и с каждым часом становилась всё обязаннее и обязаннее: она взвалила на себя не только свою работу, но и часть моей. Внушительную часть. Потому что работник из меня сегодня был, увы, никакой.
Босс в моем фартуке на моей кухне постоянно стоял перед глазами. Какая уж тут почта или документы на подпись. Кстати, с теми документами мне лучше было вообще не соваться в начальственный кабинет. Потому что я вспомнила, как именно я «настаивала»."
"Мысли о том, как бы все происходило, если бы босс не проявил твердость, настойчиво лезли в голову, и поменять их на рабочие удавалось с трудом.
