– Вообще, не совсем так, – говорю, когда уже останавливаемся.
Впиваюсь в свою Дикарку взглядом. Ничего поделать не могу! Она, блядь, такая красивая. Губы, улыбка… И эти глаза… Я не врал ведь, когда говорил, что они, черт возьми, как звезды. Зеленые звезды, да. И не волнует, что так не бывает в природе. Бывает!
– Мы живем в районе академгородка. А это, – беглым взглядом обхожу территорию, – просто дача. Летом тут торчим чаще всего. Маме нравится, – указываю на клумбы и прочие цветники. – С началом учебного года перебрасываемся обратно в городок и потом, до мая, почти не появляемся. Хотя отец, бывает, заскакивает. Но это прям крайне редко. Если что, я всегда в курсе. Не бойся, – в очередной раз успокаиваю. – Тут безопасно. Забор высокий. Даже если кто-то из соседей объявится, ничего не увидят.
Сжимаю тонкие пальцы. Вплетаю свои. Шагаю ближе, пока совсем рядом не оказываемся. Чтобы сохранять зрительный контакт, Лизе приходится задирать голову.
– Море близко? – шепчет едва слышно.
Наверняка интересуется, лишь бы поддерживать разговор и скидывать тот накал, что я, блядь, непреднамеренно подрываю.
– Пойдем, – тяну в сторону, чтобы показать.
Проходим спортивную площадку, сад, кустарники смородины и, наконец, оказываемся в конце участка. За неглубоким обрывом, у диковатого скалистого берега и простирается наше море.
– Боже, какая красота… – выдыхает Лиза восторженно. – Невообразимо!
– Да ладно, – смеюсь. И в то же время залипаю, с трудом функционируя. Если она тащится от природы, то я – от нее. Люто. – Ты будто моря не видела?
Что невозможно, учитывая тот факт, где мы живем.
– Близко не видела, – признается Богданова.
И я с открытым ртом зависаю.
– В смысле? – не могу скрыть своего удивления. – Еще скажи, что никогда в воду не входила, – в конце этой реплики по привычке присвистываю.
Блядь, я, конечно, не пытаюсь сказать, что она врет. Просто так получается.
Благо Лиза на эту фигню внимания не обращает. Пожимая плечами, смущенно сообщает:
– Не входила. Мы никогда не были у моря. Я видела только мельком, если где-то проезжали на транспорте.
– Ну не гони… – выдаю шокированно. Как такое вообще возможно? Жить в десятке километров от моря и никогда не видеть его? Это ее «мельком из транспорта» – просто херня какая-то. Отхожу, когда понимаю, что Богданова говорит серьезно. – Твою ж мать… – не удается сдержаться. Она лишь краснеет и отводит взгляд в сторону. – Ладно… Прости, если резко, окей?
С привычной робостью, но без злости смотрит мне в лицо.
