Заведя мотор, переключает несколько треков и в конечном итоге оставляет на вполне нормальной позитивной песне. Несколько грубоватых слов пролетает, конечно, но я стараюсь на них не реагировать.
Едет Артем тоже достаточно спокойно. Плавно, без рывков, не превышая скоростной режим. Я это мысленно одобряю.
– Как дома дела? Нормально? Расскажи.
Вот, казалось бы, он спрашивает без всякого умысла. Просто потому, что ему интересно. А я ощущаю какое-то давление. Понимаю, что не от Чарушина оно исходит. Изнутри меня. Но с ответом очень нескоро нахожусь.
– Все, как обычно, Артем, – мягко улыбаюсь. – Сезон консервации на зиму завершился. Работы стало меньше. Телевизор смотреть больше часа в день не разрешают, поэтому приходится читать. Книжки скучные. Следовательно я быстро засыпаю. Вот и все, – выпаливаю практически на одном дыхании. – Надеюсь, это не прозвучало слишком странно? Я пыталась смягчить.
Но вместе с тем хотела поделиться, чтобы он имел четкое представление о том, что я не такая, как все.
«Милая Дикарка, он уже в курсе…», – появляется в голове какой-то неожиданно-ехидный голосок.
– Странно? – повторяет Артем с неизменной улыбкой. – Немного, – признает, как всегда откровенно. – Но я рад, что ты поделилась. Спасибо.
– Пожалуйста, – выдыхаю я, прежде чем допираю, что это вовсе необязательно.
Я ежусь и обхватываю себя руками. Не потому что мне неприятно. Напротив, он, как всегда, воспаляет все мои органы восприятия. Отворачиваюсь к окну, только чтобы снизить уровень его влияния на себя и незаметно расслабиться.
– Стекла тонированные. Можешь не переживать, что кто-то увидит.
Знаю, что заботу проявляет. Однако мне как-то резко не по себе становится. Будто я делаю что-то плохое… Плохое, безусловно… Не должна ведь с ним ехать… Но, иначе я не могу.
Как еще нам встречаться, если не тайком?
Я хочу быть с ним. Я тоскую. И ревную.
– Да так… – пожимая плечами, стараюсь, чтобы это выглядело беззаботно, как все, что делает Чарушин.
– Ну, Лиза, я же вижу, – не ведется он. – Лиза, – задерживает на мне взгляд. – Давай, откровенно. Я не умею догадываться. Но мне важно знать, если тебя что-то беспокоит.
Меня в жар бросает стоит лишь представить, что я признаюсь Чарушину в ревности и в том, что я думаю о его личной жизни.
Лучше… Лучше солгать.
– Все нормально, – бросаю и снова отворачиваюсь.
Плавно перевожу дыхание. Пытаюсь успокоиться. Но уже через секунду чувствую ладонь Артема на своем колене и шалею от этого жеста.
Осторожно опускаю взгляд и цепенею.
