Книга о студентах-старичках, которые проводят вечера в магбоде, забываясь весельем и немного грустью. Тем временем новое модное явление – Серебряный танец на Новый Год – становится предметом неотложного внимания и споров, где каждый пытается выяснить, кто из них будет приглашенным....
И если продую ближайший матч, свои же запинают.
Дарквотер расхохотался:
– Как точно ты все описала! Как раз мы скоро играем со «Свирепыми гарпиями» и проигрывать точно нельзя…
Я улыбнулась, а парень вдруг спросил:
– Руби, а ты придешь на мой матч?
Я кинула взгляд на Эрика. Он казался серьезным, как будто мое присутствие действительно могло что-то значить.
– Ты действительно хочешь, чтобы я пришла посмотреть?
– Да, – коротко ответил он.
Я отсчитала еще несколько ступенек, прежде чем все-таки ответить:
– Хорошо.
"Я ничего не понимаю в этом твоем магболе, но, если тебе важно знать, что я сижу на трибунах – я буду там сидеть.
Глава 13
Следующая неделя проходила спокойно и даже в какой-то мере скучно. Я занималась на парах, ходила по коридорам академии, иногда заглядывала в столовую и везде рефлекторно выискивала глазами Дарквотера.
А он, естественно, наглым образом нигде на глаза не попадался! Но исправно вечерами заходил весь чумазый после тренировки по магболу и клянчил булочку.
Поэтому кройка и шитье бального платья показалось просто спасением. А если бы не шитье, наверняка сегодня все общежитие питалось пирожками в большом количестве.
В общем, я была очень погружена в процесс, отвлекаясь пару раз лишь на то, чтобы покормить кого-то из страждущих, и совершенно не заметила, в какой момент в моих апартаментах стало на одного жильца больше.
Прелестный пушистый крошечный серый зайчик сидел рядом с моим стулом и задумчиво его рассматривал, склонив голову набок.
В первое мгновенье я подумала, что от шитья с непривычки ушастый мне мерещится. Я даже зажмурилась и потерла глаза пальцами, в надежде, что, когда открою их, комната снова окажется пуста.
Увы!
Когда я открыла глаза обратно, заяц мало того, что был на месте, он бодро догрызал мой стул! Точнее, его ножки.
БАБАХ! – издал предсмертный грохот предмет мебели и рухнул на пол.
Я стояла и тупо пялилась на переживший многие поколения стул, павший смертью храбрых после столкновения с живностью. Которая, вообще-то, запрещена к проносу и содержанию в общежитии!
И пока я осознавала ситуацию, пушистая морда бодро проскакала мимо меня на выход, чтобы удрать через неплотно закрытую дверь.
– Эй! – возмутилась я. – А ну-ка стоять!
Никто, естественно, стоять не собирался. Ни дверь, распахнувшаяся под серыми лапами, ни ушастый вандал.
