Вечерний дождь мягко стучит по оконной раме. Внутри — стол увитый свежими цветами и мерцающими бокалами вина. Я смотрю на карпачо и паэлью, словно погружаюсь в непростые мысли о любви и природе, каким-то образом связанных вместе. Ощущение магического сочетания воздуха, воды и летящих ярких звезд в ночи — это то, что делает жизнь здесь особенной....
Тебе нравилось, когда она плакала? Когда просила отпустить? Когда ей было плохо, больно, страшно? Тебя это заводило?
Дергается. Морщится. Не торопится с ответом.
Потом что– то решив, говорит:
– Нет. Я просто хотел кончить.Хотел ее.
Пусть в тот раз это было так.
– Это ведь не первый случай. В школе та девочка, как там ее – Алиса. Тебе нравилось ее унижать? Да и других тоже. Ты ее бил?
Усмехается, глаза делаются злее.
– Я ее не бил. Да травить ее травили. Но это шло не совсем от меня. И ты прав, мне нравится давить других.
– Я тебе девчонок насиловать учил? – чуть повышаю голос.
– Нет. Но я так привык получать то, что хочу... Что тогда подумал, какая разница каким способом? Один раз – и она мне будет неинтересна.
У сына все пошло не по плану.
– Оказалось, разница есть. Тем более раз ты все– таки ее не тронул, – делаю вывод.
– Да есть. Только сделанного не изменишь. Полина уехала ночью. Они с этим... поругались.
Снова замолкает, а я чувствую – это не все, что случилось ночью.
– И? – подталкиваю Артема к тому, чтобы он продолжил говорить.
Раз уж начал.
– Она сказала, что меня ненавидит. И так это сказала, пап... Я ей поверил.
Мне ясно, что его это задело.
– А чего ты хотел?
– Не знаю. Думал, что она меня простила.
Секунду размышляет и выдает:
– Вообще я думал, что, если она расстанется с Матвеем, то у меня есть шанс.
– Вряд ли, – лучше сказать это сейчас, – Желание быть с человеком строится на положительеых эмоциях.
– Нет, – отводит глаза.
Видимо, разговор у них был содержательным.
Надо бы самому с девушкой переговорить. Мне не нужны сюрпризы.
Глава 16.
Влад
Мои откровения с сыном прерывает появление Матвея, который мажет по нам недовольным взглядом и направляется к кофемашине. Нажимает нужные клавиши, меня и Артема игнорирует. Если бы еще и Артем не сверлил его спину так злобно. На одной территории их лучше не оставлять.
– Что ты ей наговорил? – резче, чем следовало бы, спрашивает Артем Матвея.
Тот поворачивается и неверяще таращится на моего сына.
– Артем, тебе чего от меня надо? – голос звучит ровно.
Надо же! Быстро он себя в руки взял.
Артем встает со своего места, делает в сторону сына Олеси несколько шагов и продолжает гнуть свою линию:
– Полинка среди ночи на такси уехала. Что ты ей такого наговорил?
Воздух между ними снова начинает искрить.
