Вечерний дождь мягко стучит по оконной раме. Внутри — стол увитый свежими цветами и мерцающими бокалами вина. Я смотрю на карпачо и паэлью, словно погружаюсь в непростые мысли о любви и природе, каким-то образом связанных вместе. Ощущение магического сочетания воздуха, воды и летящих ярких звезд в ночи — это то, что делает жизнь здесь особенной.
Остались кроватка и пеленальный столик, что стоят в упаковке. Почти нажимаю на вызов мастеров для сборки, но тут мне приходит другая идея. А что если собрать самому? И Полину попросить помочь? Это ее отвлечет. И она, не напрягаясь, проведет время со мной.
Стучусь в дверь.
– Войдите, – раздается звонкий девичий голос.
Но не Полины, а Саши. И эта отрава здесь.
Захожу в комнату. Полина лежит поверх покрывала, привычно уткнувшись носом в стену. Сашка сидит в кресле, подвернув под себя одну ногу. На коленях у нее книга. ""Сказки Пушкина"". Она, что, их Полине читает?
– Завтра Олесю и ребенка выписывают, – как– то мне пока трудно произнести "" сестра"", – Полин, поможешь кроватку собрать?
Сашка смотрит на меня откровенно насмешливо. Теперь меня тянет ей показать язык. Однако, для меня это как– то чересчур.
– Выписывают?! – повторяет Полина и оборачивается.
А потом, когда до нее доходит вся фраза, она цепляется за мое предложение, как за спасательный круг.
– Да, конечно, помогу.
Поднимается с кровати, поправляет одежду.
Сашка откладывает книгу и встает.
– Я тоже пойду. Помогать, – вперяет в меня чистый, как небо, взгляд и чуть задирает подбородок.
Я бы предпочел, чтобы она занялась чем– нибудь другим, но от нее, как от репья, – не отцепишься.
– Разумеется, Саш, пошли с нами, – зовет ее сестра.
Лучше бы так не делала.
Но в голубых глазах уже вспыхивает победное ликование. И подбородок задирается чуть выше. Только что не говорит: ""Ну, что, съел?!""
Дураку понятно, что я хотел побыть с Полей наедине.
Мы выходим из комнаты, и как– то так получается, что Сашка оказывается рядом.
Хватает меня за руку и жарко шепчет на ухо:
– Тебе ничего не светит! Только губозакаточная машинка.
И торопится вслед за сестрой.
А я обалдеваю от аромата земляники и ее наглости. И еще у меня начинает чесаться ладонь от желания навалять ей по заднице. Чтобы сидеть не могла. И не лезла туда, куда не просят.
Артем Холодов
Наша дружная компания заходит в детскую.
– Ух, ты! – выдыхает восхищенно Саша, оглядываясь по сторонам.
– Красиво, – замечает Полина без какого– то энтузиазма.
В ее глазах мелькает грусть и что– то, скрытое настолько глубоко, что туда хода никому нет.
– Тут будет жить маленькая принцесса Есения, – тянет беззаботно Сашка, – Артем, а кто имя твоей сестре выбирал?
Про себя удивляюсь, только что на меня шипела, как дикая кошка, а здесь как ни в чем не бывало. Смотрит с любопытством, глаз не отводит и даже назвала меня по имени.
