История о том, как взрослый мужчина впервые встречается со своей новорожденной дочерью. Волнение, страх и неуверенность сменяются осознанием того, что он способен на великую любовь. Нежный и искренний рассказ о перерождении отца через встречу с его маленьким чудом.
Внимание привлекает здоровый тонированный джип. Как– то он не вписывается в местный антураж. И стоит возле какой– то хибары с покосившимся забором
Только собираюсь прибавить скорость, как замечаю движение у дряхлого забора. Двое мужиков ведут под руки третьего. Вот это он набрался – одна нога у ведомого заплетается о другую. И его даже не ведут, скорее несут на мощных плечах двое других. Я бы уехал, но вдруг глохнет двигатель. Этого еще не хватало! Пробую завести, но не получается. Ругаюсь, собираясь вылезти из салона.
В приоткрытую дверь врывается холод.
На улице ветер. Ледяной, продувающий насквозь. Его порыв срывает капюшон с головы напившегося. Именно в этот момент я смотрю в их строну. И меня ошпаривает словно кипяток узнавание.
Матвей...
Я так и замираю, схватившись за ручку автомобильной дверцы и одной ногой наступив на асфальт.
Радости нет. Почему я должен радоваться? Перед глазами улыбающаяся мне Полина... МНЕ... Пока его нет... И если он вернется... Улыбнется ли она мне снова...
Я почти делаю обратное движение. Я не обязан вмешиваться. Он мне никто.
Но в ушах начинает звучать Сашкин голос. Такой же противный. Как она сама. ""Подумай о ком– нибудь, кроме себя... Второй раз она не выдержит"".
И снова мелькают картинки Полина, свернувшаяся клубком. В ЕГО комнате. На ЕГО кровати. Отказывающаяся от еды. Бледная и несчастная. Ставшая тенью самой себя."
"Потом картинки с Полиной сменяются с картинками с Олесей. Ее рука, протянутая за окровавленной одеждой сына. И выражение глаз. Будто сгинул не один человек, а исчез целый мир.
Я никому из них ничего не должен. Тем более рисковать собой, спасая его.
Но...Если я его оставлю... Нет, я не буду мучиться чувством вины. Я давно не заморачиваюсь такой ерундой. Просто... Впервые мне не удается поверить в себя настолько, чтобы представить, что я стану для Полины настолько же дорог, как он.
В моем сознании проходят минуты и часы. На самом же деле на выбор мне отведены секунды.
Все трое почти дошли до машины.
Меня накрывает четкое осознание – если я сейчас не вмешаюсь, больше живым Матвея я не увижу.
Только... Может, оно и к лучшему?!
Артем Холодов
Что– то толкает меня вон из машины. Рукой успеваю только зацепить пистолет, который положил мне в бардачок Славка вместе с разрешением на него. Соваться туда, изображая из себя Брюса Ли, у меня ни малейшего желания.
