Вечерний дождь мягко стучит по оконной раме. Внутри — стол увитый свежими цветами и мерцающими бокалами вина. Я смотрю на карпачо и паэлью, словно погружаюсь в непростые мысли о любви и природе, каким-то образом связанных вместе. Ощущение магического сочетания воздуха, воды и летящих ярких звезд в ночи — это то, что делает жизнь здесь особенной....
Матвей поднимается со своего места и делает в ее сторону пару шагов. По стиснутым челюстям и сжатым кулакам, понимаю, – мой сын на грани.
Полина смотрит сначала на Матвея, потом на Артема, заметно бледнеет.
– Почему ты мне не сказала?– бросает гневное Матвей.
И в моей голове все встает на свои места.
Это Артем тогда пытался изнасиловать Полину... Почему она мне не рассказала?
Матвей собирается продолжить напряженный разговор. Сейчас он ничего хорошего ей не скажет. А девчонка итак натерпелась.
– Полин, иди пока, отдохни, – вижу, что она колеблется, добавляю, – Пожалуйста.
Полина обнимает себя за плечи и, ни на кого не глядя, выходит из гостиной.
Сталкиваюсь взглядами с Матвеем. Он даже побледнел. На его лице четко читается недоверие.
– Ты, что, знала?! Какого, вообще?! Не думал, что ты настолько лживая...
– Обороты сбавь!– я тоже бледнею.
От гнева. Еще не хватало, чтобы он так со мной разговаривал.
Матвей замолкает.
Сажусь в ближайшее кресло, тру ладонью лоб.
– О том, что Полину чуть не изнасиловали– знала.
Наверное, идея не говорить Матвею– была не очень хорошей. Но в то время я не придумала ничего другого.
– Я возвращаюсь домой!– цедит сын рассерженно.
– Обязательно. После того, как испортил мою свадьбу. За что тебе отдельное спасибо.
Вот тут он теряется.
– Я...
– Что ты, сынок? Неприятно быть накосячившим, верно?
Вижу, что он меня понимает. Легко быть правым. И уверенным в своей правоте. Но иногда так трудно понять, где эта самая правда.
– Поэтому предлагаю тебе подняться к себе. И успокоиться. А потом мы поговорим.
– Что– то измениться?– выплевывает сын с сарказмом, но уходит в сторону лестницы."
"– И Полину не трогай. Во– первых, она ни в чем не виновата, кроме того, что тебе не рассказала. Во– вторых, наговоришь ей глупостей, сам будешь жалеть.
– Без советов обойдусь, – слышу в ответ.
Вздыхаю, обойдется он, видите ли.
– Так это правда, – голос Влада прерывает мои невеселые размышления.
Он прожигает взглядом Артема.
Достало это все. Молчать я не собираюсь. Не к месту вспоминаю, как пыталась поблагодарить сына Влада за то, что он спас Матвею жизнь. Единственное, что он мне дал сказать– это было ""спасибо"". После чего я услышала: ""Зря я это сделал"" и ""Да чего вы ко мне привязались со своей благодарностью?!""
Но в то же время он его все– таки спас. И очень переживал за Полину. И мне помогал.
